Убей.
Убей их всех.
Кэли навела на Уайта палочку и использовала единственное намерение, которое могло считаться условно лечебным и которое было ей по силам. Хотя экстренное возвращение в реальность ударом тока — то еще целительство, конечно. Мужчину несколько раз тряхнуло магией, и он едва различимо простонал, несколько раз моргнув.
— Ну же, красавчик, — Кэли похлопала его по щеке ласково, как маленького ребенка, и, заметив узнавание, криво улыбнулась. — Не отключайся. Мы ведь развлекаемся.
— Больная сука, — прохрипел Уайт настолько сухо, словно у него в горле разверзлась настоящая пустыня, полностью лишенная влаги.
— Да, Уайт, — Кэли обнажила зубы в широкой улыбке. — Когда детишек запирают в клетках и мучают, воспитывая из них чудовищ, после их обязательно следует прикончить, — она приблизилась практически вплотную к его лицу, переходя на шепот. — Иначе позже чудовища обязательно отомстят своим создателям.
И следом снова раздался крик.
* * *
Лекс мысленно чертыхнулся, одним взглядом обещая, что Алекс осталось недолго. Та дернула уголком губ и, подойдя вплотную, коснулась его палочки ладонью, облаченной в перчатку, — на секунду он даже пожалел о том, что та не тронула его собственность кожей, это дало бы полный карт-бланш на то, чтобы порвать ее на куски позже не только за предательство.
Как она успела это провернуть?
Алекс потянула, и ей пришлось приложить усилие для того, чтобы забрать палочку — физически Лекс ей совершенно не уступал. Она неотрывно пялилась ему в глаза, и пусть он не чувствовал сейчас ни крохи чужих эмоций, легкий налет страха осел в ее невинных чертах, им пропитались расширенные до предела зрачки.
Правильно делаешь, что боишься.
— Насколько он хорош? — спросила незнакомая женщина, сильнее давя дулом ему на затылок.
— Бездарность, — ответила Алекс весело, но это было слишком очевидной бравадой. — Он не главная проблема.
— Говоришь, Мгла пожаловала, — голос второй дрогнул.
Словно в подтверждение сказанного где-то наверху раздался душераздирающий мужской крик — приглушенный, в значительном отдалении, однако обреченность все равно сквозила в каждой ноте надрывности. От звука Алекс передернуло, и Лекс не удержался от ухмылки.
Несложно догадаться о причине.
— Шагай.
Женщина сильнее надавила на ствол, и Лекс под импульсом сделал шаг. Он ступал вперед, даже не пытаясь обходить кровавые пятна, тут и там осевшие на металлических плитах склада — некоторые военные превратились в мясо, не долетев до стен. Видимо, попали в самый эпицентр колдовства Арман.
Что это за магия?
— Она увидела Уайта, — пояснила Алекс. — Какого черта он вообще тут забыл?
Она шла рядом с Лексом, но игнорировала его присутствие даже косым взглядом. Словно его не существовало. Словно не она заманила их в ловушку.
Словно не она умрет, не дожив до рассвета.
— А вот это плохо, — женщина сбилась с ровного шага, стоило раздаться новому крику где-то очень далеко, но это продлилось не дольше секунды, после чего она вновь сильнее вжала ствол в затылок Лекса. — Приполз вчера. Маркус наведался, вот и сбежал. Все еще ссыт, что однажды не переживет очередной дружеский разговор.
Последнее она произнесла с легким налетом веселья, но такого, которым сопровождается казнь опасного преступника — зрелище жуткое, но люди радуются.
— У него обычное оружие? — будто бы невзначай спросила Алекс, заворачивая в темный коридор, начинающийся в углу помещения, в котором Арман устроила Варфоломеевскую ночь, не меньше.
— Знаешь же упрямого старпера и его мнение об изобретениях Лу, — процедила женщина, привлекая еще больше внимания к разговору.
Вопреки растущей ярости Лекс постарался прислушаться в поисках хоть какого-то уязвимого места, которое может позволить ему разрулить ситуацию с минимальным ущербом для себя.
— А я говорила, что однажды именно это его убьет, — с тихим смешком прокомментировала Алекс. — Маркус к нам не собирается?
Выглядело как допрос по тем ключевым пунктам, которые интересовали Арман больше всего. Лекс насторожился, улавливая несостыковки.
Алекс предала девчонку, которой восхищается, а теперь вызнает нужную ей информацию?
Странно же?
— Нет, слава богу, Уайт сказал, что он решил пока осесть где-то в Пенсильвании и вернулся отдать новые распоряжения. Жестокое животное, — последнюю фразу она произнесла крайне презрительно, но тон отдавал откровенным страхом — будто бисером был нанизан на леску, готовую вот-вот оборваться напряжением. — Видела, куда они делись?
— Второй этаж, — кратко бросила Алекс, заходя в небольшое помещение. — Кто-то живой еще остался?