Девчонка вцепилась обеими руками в его запястье, стараясь содрать с себя крепкую хватку, но он настолько хотел видеть ее страдания, что сейчас его не смог бы расшевелить даже взрыв.
— Я на вашей стороне, — едва разборчиво пробормотала Алекс, стараясь ударить его по голени, но он встряхнул ее с такой силой, что она дернулся подобно тряпичной бездушной кукле и повисла, цепляясь за него теперь уже как за точку опоры. — Ты когда-нибудь сталкивался с чистыми патронами, придурок?
Она дернула подбородком, указывая на его раненое плечо, которое надрывно пульсировало так, словно в него вставили штырь и бесконечно проворачивали, вгоняя глубже. Ощущение не из приятных. Даже тогда, когда Лекса ранили, еще пока он был новопомеченым, боль не обжигала, но не походила на химический ожог.
Сейчас же это стало бы для него нестерпимым, способным подкосить колени и спасти Алекс жизнь, если бы у него появилось время заметить.
Он ничего не ответил девчонке, а лишь еще сильнее напряг пальцы, прощупывая хрупкие кости под мышцами на глотке. Та захрипела сильнее, выцарапывая ногтями борозды на его запястье, и ее черты исказились еще большим страхом — Лекс мог поклясться, что, если бы ощущал хоть что-то в эту секунду, его вкусовые рецепторы свело бы кислотой. Алекс вновь попыталась что-то рявкнуть, но хватка на горле превращала слова, которые та хотела сказать, в беспорядочные звуки, напоминающие лай мелкой псины, трясущейся в ужасе перед любой встреченной на пути угрозой, но пытающейся храбриться показной смелостью.
Лекс резко отпустил ее, когда в голове сформировалась четкая мысль — эта смерть будет для нее слишком простой. Девчонка повалилась на пол, тут же пережав шею трясущимися ладонями, с которых все еще лилась кровь безжалостно убитой женщины. Алекс глубоко и шумно вдыхала, отползая назад, однако он шел следом, не позволяя ей отдалиться хоть сколько-нибудь.
Отчаявшись, она замерла и волком проследила, как Лекс усаживается перед ней на корточки, расплываясь в сардонической ухмылке.
Страх ласкал, нашептывал возможные способы прикончить ее максимально болезненно, туманил рассудок, заставляя забыть, что эта самая девчонка только что убила женщину, с которой мило болтала, сдав своих «похитителей». Он даже упустил из виду то, что Арман для Алекс — кумир и вожделенный друг. Пропало сомнение в том, что предать с таким отношением — очень странно.
Перед глазами стояло только желание последовательно отрывать части ее тела, наблюдая за страданиями на окровавленном лице.
— Ее нужно было отвлечь и узнать, здесь ли ее отряд, — найдя в себе силы, выпалила ему в лицо Алекс. — Ты же не думаешь, что такие люди не придумали, как уничтожить меченого на расстоянии? Она прикончила бы нас обоих без разговоров, если бы не я!
Здравый смысл шевельнулся, попытался напомнить о том, что Лекс слишком зацикливается на сделанном, забыв о мотивах, но почти сразу погиб в муках, распятый концентрированной яростью — следствием не только приставленного к затылку ствола, но и пропажей Арман, неопределенностью и отчаянием, взращенными последними днями и изменившими восприятие мира кардинально.
Девчонка-подражатель просто попала под руку, но осознание этого тоже стерлось бесследно, стоило той всхлипнуть и умаслить беснующуюся в груди тьму.
— Ты планировала это с самого начала? — сладко спросил Лекс и коснулся подбородка Алекс.
Он грубо сжал ее щеки, подтягивая прямиком к себе и игнорируя, как по венам вновь — как и несколькими часами ранее — разливается отторжение, бьющее рвотными рефлексами по горлу. Пусть он не касался ее кожа к коже, все еще не снимая перчаток, однако ее горячее дыхание драконило, призывало отряхнуться от него, как от грязи.
— Конечно, нет! — Алекс ответила на грани истерики, она будто наконец осознала, что недооценила тьму Лекса, которую даже он сам не в силах контролировать, а способен лишь вкушать, наслаждаясь жестокостью. — Кэли нас защитила бы при любых обстоятельствах. Ее и чистыми патронами не остановишь. Пусть она с ними никогда не сталкивалась, сильнее ее никого нет. Но Кэли тут нет, — вопреки крупной дрожи девчонка смогла красноречиво развести руками, как бы демонстрируя пустоту. — А на твою защиту рассчитывать может только идиот. Ты можешь убить меня, но ты не спас бы ни себя, ни меня от выстрела этим оружием.
— Ты могла предупредить.
— Ты хоть что-то знаешь о Кэли?
Вопрос вдарил раскаленной кочергой по сердцу.
Злоба отступила, когда по уязвимому месту прилетело слишком сильно. Здравый смысл воспользовался ситуацией и вновь приподнял голову, моля обратить на себя внимание.