Только убедившись, что на Арман нет ни одной царапины, ни единого, даже малейшего повреждения одежды, он посмотрел ей в лицо и почти натурально ощутил, как кожу прорывает острым взглядом, пусть сквозь черную склеру практически не просвечивали зрачки. Девушка сладко улыбалась, покачивая ладонями, с которых тонкими струйками стекала кровь, стуча каплями о перемазанные плиты.
Мгла.
— Ты, — прошипел Лекс.
Мышцы напружинились, он отпустил запястья девушки и, вцепившись правой рукой в ее горло и развернувшись, впечатал Арман спиной в стену рядом с распятым трупом. Звонкий стук, с которым кружка столкнулась с полом, отразился от стен и ударился о барабанные перепонки, заглушая грохот адреналина.
— Какого черта? — спросила Арман хрипло.
Она не звучала как та, за которую ее приняли. Очень похоже, точно так, как звучала у дверей склада, обещая никого не убивать, но все еще не идентично. Все еще по-человечески.
Сбросив морок, Лекс присмотрелся внимательнее, и, судя по выражению, которое отличалось от того, что он запомнил навечно, столкнувшись с амоком Арман лицом к лицу, это и и правда все еще она, а не ее вышедшая погулять «подруга». Вот только… она слабо походила и на ту себя, с которой он шел рука об руку уже достаточное для близкого знакомства время. Он бы сказал, что она застыла где-то в промежутке между той девушкой, которая нравилась ему до скрежета зубов, и той, кого он боялся до холодного пота.
— Это… — он осекся, но продолжил удерживаться хрупкое тело на таком уровне, что Арман едва-едва доставала носками до пола. — Это все еще ты?
Она нахмурилась, изучая его черты. Подняла руку и схватила его за запястье, оставляя на коже над перчаткой багровые отпечатки.
Нежданно вернулись утраченные инстинкты, ударив по измученному организму с такой силой, что свело челюсти. Мышцы прострелило искрами, когда их тела соприкоснулись без преграды одежды, и Лекс прикрыл глаза, разжимая ладонь на горле девчонки, но все еще удерживая так, чтобы ощущать биение сердца кончиками пальцев.
Когда его трогал амок, распоряжающийся телом Арман, когда они целовались, все ощущалось иначе — как искрящие взрывы, которые лишь чудом не задевают и не рвут плоть. Сейчас эти взрывы жалили, пробирались глубже, обволакивали. Не просто растапливали замерзшие льдинки, сковавшие не только каждую мышцу, но и душу целиком, а буквально их выжигали.
Так чувствуется война, в которой вы двое против всего мира.
— Ты обещала мне, Арман, — его голос насквозь пропитался горечью.
Стоило убедиться, что ему не предстоит вновь встречаться с амоком и как-то разбираться с ситуацией, как катастрофа всего, что натворила девчонка, свалилась на плечи многотонной лавиной.
— Он заслужил, — ответила Арман, сдобрив слова тончайшими оттенками ярости.
— А другие?
— Другие?
Брови Арман взлетели. Она смотрела на него непонимающе, ее глаза все еще застилала чернота, но сейчас они уже не казались жуткими. Он назвал бы их совершенно невинными, если бы был настолько глуп, конечно, чтобы применять подобное слово к человеку, рядом с которым висел жестоко убитый человек.
Она словно и правда не понимала, о чем он говорит. Ни капли.
— Что это за магия? — надавил Лекс чуть грубее. — Внизу.
— А, — протянула она и снова нахмурилась. — Я кого-то задела?
Спросила так спокойно, будто уточняла, точно ли на улице дождь. Будто издевалась.
— Всех.
— Я слишком давно не прыгала, — она едва заметно покачала головой. — Это случайность.
Случайность.
Больше десятка разорванных на части людей.
Случайность, блядь.
— Да что с тобой, твою мать? — он рявкнул это громче.
Ему следовало отпустить Арман, чтобы сконцентрироваться на здравом смысле, но Лекс встряхнул девчонку, вновь сжав пальцы на ее глотке чуть сильнее. Пожар внутри полыхнул, посылая правильные выборы к черту.
— Ты ранен, — голос Арман опустился до шепота.
Она пристально изучала его плечо. Лекс опустился ниже по шее, задевая ворот водолазки, и кончики пальцев проскользнули по горлу.
Та же, словно не замечая, отпустила его запястье и надавила на след от выстрела, смешивая его кровь с кровью человека, который все еще висел рядом, будто следил, даже оставаясь мертвым.
— Больно?
— Нет, — соврал Лекс, не позволяя тону дрогнуть.
— Ложь, — она нажала сильнее, и он зашипел сквозь зубы, на что девушка сразу же улыбнулась, убрав пальцы.