Алекс поднялась и прогнулась в спине, тихо застонав. Размяла поясницу, потерев ладонями, отбросила упавшие на глаза пряди и в последний раз посмотрела на Марису; ее губы брезгливо скривились.
— Эта тварь заслужила жестокой смерти. Ноа убила ее слишком гуманно, — процедила она, но, когда устремила взор на Кэли, переменилась в настроении, расплывшись в веселой улыбке. — Спасибо, что позволила мне насладиться. Я прогуляюсь тут, подумаю. Если надо, следи, но обещаю, что не сбегу, — она отвернулась и махнула рукой. — Хотя тебе же лучше, если свалю. Если снизойдешь до доверия, то не жди меня, я вернусь через грязь, прыгать больше не рискну.
Кэли ничего не сказала, проводила ее взглядом, сдвинув брови, а затем опустила его на труп. Вот в чем она точно могла согласиться с Алекс, так это в том, что Мариса заслуживала участи гораздо хуже той, которой ее наградила Ноа, избавив от страданий. Пусть это не красило ни ее саму, ни Алекс, женщина заслуживала самых худших пыток. И, если бы Ноа не успела, Кэли точно вручила бы их Марисе жестоким подарком.
Внутри заворочалась вина от нагрянувших мыслей. Кэли прикрыла глаза и протяжно выдохнула.
Началось.
* * *
Расположившись на отшибе базы прямо на промозглой земле, Лекс медленно жевал, практически не замечая сладость тянучки на языке, и рассматривал мрачность небосвода: там в очередной раз расползались грозовые тучи, подгоняемые в сторону бункера порывами безжалостного ветра. Темнело, с каждой секундой вдали становилось все чернее, а у горизонта время от времени сверкало. И пусть гром, отбивающий раскатистые удары по природной наковальне, до слуха все еще не дотягивался, кажется, к ночи на них обрушится настоящая буря.
Ощущалось призрачное присутствие зимы — куртка уже не грела достаточно, новорожденный мороз пока не кусал за щеки, но потихоньку приценивался. Вокруг витала видимая глазу серость — подвешенные в воздухе молекулы воды замерзали и оседали на коже мокрой прохладой.
Когда-то Лексу нравилась зима. Замок круга находился ближе к северу страны, и снегопады становились не такой редкостью, как в регионах южнее. Усыпанные белым лужайки потрясающе сочетались с поддерживаемыми магией фонтанами — они прогревались и не замерзали. Переливающиеся в лунном свете запорошенные снегом ветки деревьев мерцали голубоватым, а чернота ночи никогда не становилась непроницаемой.
Ее любимым временем года всегда была именно зима.
Конец света забрал у них возможность наслаждаться холодной красотой. Сейчас валяться в сугробах уже не занятное развлечение, которое легко прервать, спрятавшись от мороза в замке, оно осталось лишь приятным воспоминанием, ведь отогреться теперь можно только магией, каждое применение которой — жестокая лотерея, в которой на кону не выигрыш чего-то приятного, а проигрыш собственной жизни.
Конец света забрал у них абсолютно все, швырнув жалкой подачкой только их самих. И то некоторых не удостоили даже этого.
Когда рядом опустилась Ноа, не сразу ее заметивший Лекс на несколько секунд опешил — это не было чем-то, что так же предсказуемо, как ежедневный рассвет. Они с девчонкой по-прежнему не общались, да и особой симпатии он к ней не питал. Сочувствовал в том, что с ней очень некрасиво поступает Арман, конечно, тут любой бы сорвался на сострадание, кто понимал, насколько Ноа зависима от парного союза.
Однако…
Арман он все же сочувствовал гораздо больше.
— Я хотела… — тихо заговорила Ноа, нервно потеребив рукав своего плаща. Затем она выудила клинок из ножен и, обхватив лезвие обеими ладонями, выпустила нити магии — видимо, это позволяло ей сладить с собой. — Я хотела тебя поблагодарить.
— За что? — не понял Лекс.
— За то, что спас Кэли, — объяснила Ноа.
Лекс скривился. Ноа отсылала к той ситуации, где он не просто не спас Арман. Он обрушил слишком много пролетов недостроенного между ними моста доверия.
Правда, человек по другую сторону все еще об этом не знает.
— Это не совсем так.
Отчего-то Лексу захотелось рассказать хотя бы часть истины. Наверное, потому что Ноа единственная, кто сможет что-то понять.
Она ведь часто контактирует с амоком, когда вытаскивает девчонку из безумия, верно?
Ноа посмотрела на него в упор и нахмурилась.
— Там была не Арман, — едва слышно пояснил Лекс. — Не та Арман, которую мы знаем.