Дик осторожно, чтобы не выдать своего присутствия, отполз от края и пошел туда, где обрыв понижался. Ведь должна быть тропа, по которой волки спускались в ущелье. Возможно, они знали ход вдоль реки, но один из них, вероятно, снес девочку вниз отсюда? Ведь она шла где-то здесь? Или всё же упала с обрыва?
Пройдя ещё немного по краю ущелья, он оказался как раз над той группой волков, в центре которой что-то краснело. Внезапно красный холмик — плащ на плечах ребенка — чуть подрос и стал двигаться между серыми меховыми валами. Девочка жива! Заметив в двух шагах впереди скат, отполированный ледником, Дик, не раздумывая, покатился на спине с крутой гладкой горки в ущелье, держа над головой Тореллинг.
Он съехал в ущелье и вскочил на ноги, видя вокруг только оскаленные волчьи пасти и удивленные желтые глаза. Дик оглядывался в поисках девочки, краем глаза следя за волками, чтобы успеть ударить, когда нападут. А когда увидел Улассу, чуть не выронил меч.
Глава 32
Маленькая дочь короля стояла между двух самых крупных волков, нежно обняв обоих за шеи, и удивленно смотрела на незнакомца, появившегося неизвестно откуда.
Девочка оказалась темно-рыжей, с узорчатым обручем поперек высокого лба, со вздернутым носиком и румяными щечками. Непохоже, чтобы в окружении стаи волков ей требовалась чья-то помощь.
— Ты кто? — спросила она.
Дик не мог придумать, что на это ответить, кроме как назвать свое имя. Улассе оно очень понравилось.
— Дикий человек? Как волки? — просияла она.
— Пожалуй. Почему они тебя не трогают? Разве ты бестиарка?
— Я сильварка, — со старательным упором на «р» ответила Уласса. — Мой папа — король!
— Ты хоть представляешь, как он всюду ищет тебя? — Дик сердито сделал шаг к Улассе.
Волкам его тон не понравился. Они ощетинились и зарычали. Уласса сама подбежала к нему, взяла за руку и повела «знакомиться».
— Не бойся, они не злые!
— Вижу! — Дик старался больше не делать резких движений.
Волки так же настороженно смотрели на рыцаря, как и он на них. Уласса тащила его к вожаку. Самый крупный, не серый, а серебристый, словно мех его с проседью, самец угрожающе заворчал. Дик отступил и поклонился, став на одно колено. Он открыл себя для нападения, отвернувшись от прямого взгляда вожака стаи. Так делают сами волки, признавая власть более сильного. Уласса двумя руками обхватила волка за шею, с удовольствием зарывшись в его взъерошенный мех.
— Осторожней! — невольно вырвалось у Дика. Ему было крайне неуютно в такой зубастой компании, которая окружала их с маленькой королевой со всех сторон. — Дай мне руку, пожалуйста. Отойдем к стене ущелья. Как ты сюда пришла?
— Он меня принес, — Уласса указала на вожака.
— Как принес?
— На спине, как лошадка.
— Где вы прошли? — Дик по-прежнему не видел тропы, а подняться там же, где он съехал по склону, невозможно. Уласса неопределенно махнула рукой в сторону, откуда шли Дик и Гарон. Пройдя немного вдоль стены ущелья и видя, как вся стая движется следом, очень внимательно следя за ними, Дик понял, что волки не позволят ему увести малышку от них.
— Любишь кататься? — спросил он Улассу. Та радостно вскарабкалась ему на плечи и крепко обхватила руками и ногами. — Держись! — велел Дик и полез вверх по скалистой стене.
Волки собрались внизу. Они беспокойно вставали на задние лапы и слегка подпрыгивали, пытаясь ухватить Дика зубами за ногу. Поздно, странник уже поднялся достаточно высоко, чтобы не бояться их челюстей. Единственное, что теперь грозило им с девочкой, это сорваться со скал.
Над ущельем прокатился гул, словно где-то собиралась гроза. Сверху посыпались мелкие камешки.
— Папа! — воскликнула Уласса, скорее удивленно, чем радостно.
— Держись крепко! — приказал Дик. — Он не видит тебя и не слышит. Мы сейчас свалимся на головы твоим серым друзьям!
— Я не хочу, — шепнула ему на ухо дочь короля.
— Ты сильварка? Прикажи корням или веткам над обрывом потянуться к нам, чтобы мне было за что зацепиться!
— Как приказать? — удивилась Уласса.
— Позови! Как зовешь дерево, чтобы тебя покачало. Только не отпускай руки!
— А… — сообразила она. Дик почувствовал, что плечи его что-то щекочет, маленькая королева перебирала пальчиками. Сверху, как веревочная лестница сползли прочные корни терновника. Дик уцепился за них и смог добраться до следующего выступа. Но тут сверху послышались крики и мимо них засвистели стрелы.
— Нас заметили.
— Зачем они стреляют? — возмутилась Уласса. — Не смейте! — кричала она. — Папа!