Накормили их вкусно, обращались почтительно и любезно. Всё бы шло хорошо, если бы в самый неожиданный момент на пороге шатра не возник король Нор, лично пришедший на переговоры с врагами. Заметив смеющуюся Ласку в центре вестерладского пира, Нор остолбенел. Дик ещё менее хотел видеть его величество в этот момент. Ласка, к счастью, потеряла дар речи и не могла кричать «папа!»
— Она ваша пленница? — каменно спросил Нор.
— Её величество — гостья, — громко заявил Дик, поднимаясь навстречу королю Нору. — И не делайте вид, что мы незнакомы! Братство Дороги — третья сторона в ваших разногласиях с Вестерладом. Мы вынуждены вмешаться, видя, как далеко зашли ваши глупые битвы! Советую принять требования этих людей и подписать с ними вечный мир. Вы же родственники!
— Все короли родственники… в какой-то мере, — нервно усмехнулся Нор, глядя на свою дочь. — Я готов обсудить цену мира, — он кивнул советникам вестерладской армии. Они сели за походный стол и вскоре договор был подписан. Нор покинул шатер, бросив беспокойный взгляд на «третью сторону».
— Если всё в порядке, позвольте и нам удалиться, — церемонно попросила Ласка. Их проводили с поклонами. Но королева обещала завтра снова быть здесь, чтобы проследить за справедливым разделом золота.
— Как же я? — растерянно догнал их молодой бестиар, раб Дика.
— Завтра решим, — ответил ему новый хозяин. — Сегодня считай себя ещё свободным.
Несмотря на то, что ночь веяла холодом, Ласка несла свою мантию свернутой на руке, боясь, как бы кто не разгадал ее истинную связь с Норладом. Дик думал о том, что насколько рискованный и смешной спектакль о великой владычице всех стихий, а взрослые, испытанные во многих боях советники, им поверили. Или, скорей, решили не связываться. Признали, что не понимают, с чем столкнулись. И отступили.
Навстречу им вышел вожак, давно поджидающий свою королеву.
— Уходите домой, — потрепала его по лбу Ласка. — Я так боюсь за вас. Уходите!
Волк, держась на расстоянии, провожал их почти до полуразрушенных ворот Норладского замка. Стража отступила, узнав Ласку и Дика. Его величество в гневе хотел поговорить с дочкой и ее защитником немедленно. Они пришли в комнату короля.
— Как ты там оказалась? — взревел Нор, только завидев вернувшихся беглецов.
— Из-за волков, папа. Они помогли мне, а эти хотели их…
— Опять ты со своими волками! — король в бешенстве сорвал волчью шкуру со своего походного ложа и стал топтать ногами. — Ненавижу твои фантазии! Уласса, сколько раз повторять, от этих отвратительных злобных тварей тебе грозит самая большая беда!
— Самая большая опасность грозила мне сегодня от твоего герба! — Ласка яростно швырнула в короля своей мантией. — Я всегда знала, что предсказание говорит о короне Норлада как о самой страшной для меня вещи, и сегодня в этом окончательно убедилась!
— Ты не смеешь так говорить ни с королем, ни с отцом, — бледнея и успокаиваясь, тяжело произнес Нор. — Я довольно терпел твои выходки, но на этот раз я тебя накажу.
— Ласка тут ни при чем, — устало вмешался Дик. — Сами ее не слушаете. Лучше бы спросили, как ей удалось сократить долг втрое!
— А с тобой я поговорю отдельно, — пообещал Нор. — Защитник!
— Да, сам позволил ей пойти к вестерладцам и подвергнуть себя опасности, — признал Дик. — Заслуживаю любого наказания. И вы тоже, ваше величество. Потому что не верите своей дочери и не смогли остановить битвы и кровь. А она смогла! Ласка ни в чем не виновата и достойна только награды. Уж, по крайней мере, после всего, что было, она не заслуживает, чтобы на нее кричали.
— Дик меня защищал! — возмутилась Ласка. — И волки меня защищали!
— Ещё одно слово о волках! — вспылил Нор.
— Ты должен сам их увидеть, папа, — вздохнула Ласка. — Может, тогда ты поверишь…
— Довольно! Ступай в свою комнату. У меня была трудная ночь и завтра будет не легче, — отказался от выяснения истины Нор. — Не желаю знать ничего, кроме того, что ты здесь, цела и невредима. А тебя, Дик, я считал более…
— Взрослым? — усмехнулся Дик. — Зря.
— Благоразумным, — подобрал слово Нор. — Ответственным. Я тебе доверил самое дорогое…
— Что же тогда сердитесь? Золото вам дороже дочери? Или битва не остановилась, мир не подписан, Ласка не с вами? Признайте, что если бы не увидели нас в шатре вестерладцев, сочли бы договор с ними на новых условиях редкой удачей, разве не так?
— Но ты можешь представить себе, что я пережил? Я — отец!
— Что мы пережили, вам неинтересно, — парировал Дик. — А что чувствуют те, кого убили по вашей вине, вы не спрашивали⁈ Виновен, признаю. Дальше.