Эйнар поймал мой жалостливый взгляд, и заносчиво вскинул голову, на секунду становясь тем самым человеком, которого я боялась в детстве, и которого, признаюсь, уважала почти так же как деда. За то, что не склонился перед чужой волей и смог пойти против своей семьи, зная что это грозит ему отлучением, за то, что ему хватило силы пойти своим путем, путем наемного убийцы, презираем всеми арэнаи.
Мы разбрелись с ним по спальням. Я уже не старалась сохранить в доме Гиваргиса все на своих местах — все равно, после того побоища, что мы устроили в гостинице, скрыть следы нашего присутствия невозможно. Если только сжечь дом, но мне не хотелось поступать так жестоко с целителем. Оставалось только радоваться, что следы колдовства были стерты присутствием Госпожи Смерти — теперь в магическом плане это место представляло собой выжженное поле.
К гостевой спальне, что мне досталась, примыкала небольшая ванная комната, с роскошными позолоченными кранами и огромным посеребренным зеркалом во всю стену. Но больше всего меня привлекала огромная, белоснежно-сияющая ванна на чугунных ножках, и огромное количество всяческих шампуней, масел и кремов, которые, я была уверена, пахли совершенно чудесно. Если Гиваргис гостевую ванну устроил так шикарно, представляю, насколько роскошно у Эйнара!
Наполнила ванну горячей, пенистой водой, добавив туда все что можно, и блаженно растягиваюсь. Я ведь тоже выросла не в бедности, но знаете, с тех пор как я выросла, мне ни разу не приходилось принимать ванну, в которой мои коленки бы не торчали наружу…
— Агнесса, хм… Извини, что отвлекаю…
Твою мать! Грегори?! Меня что, начало глючить на фоне сильных эмоциональных и магических потрясений? От неожиданности я ушла под воду с головой, но впрочем, тут же вынырнула.
— Агнесса, будь добра, обрати на меня внимание, — продолжил уговаривать голос моего начальника. Откуда-то слева. Я осторожно скосила глаза, и чуть снова не погружаюсь вводу. В зеркале, в полный рост, отражается Грегори Нортон собственной персоной.
— К-к-канцлер?
— С каких пор ты начала заикаться? — надменно приподня тонкую линию брови лорд, и я чуть не вытягиваюсь перед ним как на плацу. Чуть — потому-что из лежачего положения это не так уж легко сделать, и потому-что мой костюм наяды вряд ли подходит для разговора с начальником… И с бывшим любовникос.
— С тех пор как за мной начали подглядывать в ванной, — огрызнулась я. Но моя злость очень быстро переходит в беспокойство. — Как вы вообще это сделали? Зеркало же обычное.
— Мы выяснили кое-что неприятное. Гармцы умеют прослушивать связь по Магзеркалам.
Я выругалась. Тогда они знают о нас очень и очень много.
— Но как вы…
— Привет! — Из-за спины Грегори мне помахал Марек Гройчек, мастер иллюзий. — Это я немного поколдовал. Трюк, конечно, сложный, но раз сказали надо, значит, надо!
Я застонала, и еще глубже погрузилась в пену. Я не такая уж стеснительная… но должна же быть зона комфорта, в которую никто не может вторгнуться! Впрочем, на смущение не было времени. Нортон не стал бы меня беспокоить просто так. Я внимательно посмотрела на него, отметив загнанный взгляд и глубокую складку между бровей. Он волновался, очень сильно.
— Где ты сейчас? — спросил Грегори. — Со мной связался твой напарник, сказал, что тебя срочно нужно вытаскивать.
— Меня и Эйнара, моего брата.
— Эйнар с тобой? — удивился Канцлер. — Я не слышал о нем больше года.
Я кротко вздохнув, пересказала ему злоключения Эйнара, и то, как Анхельм его вытащил, устроив небольшую диверсию в центре города.
— Хорошо, — наконец сказал Канцлер. — То есть плохо, но поправимо.
Гройчек за его спиной откашлялся.
— Время. Мне сложно держать связь.
— Хорошо. Тогда ты…
— Мне не нужна помощь. Гармцы не будут мне угрожать, со всем остальным я справлюсь сама. Как только окажусь на пограничном посту Тайрани, свяжусь с помощью…
Так, как с ними связаться?
— Вас там будут ждать мои люди, — понял причину моей заминки.
Сухо распрощавшись с Нортоном, и чуть теплее с магом иллюзий, я подождала пока их отражения в зеркале исчезнут и наконец позволила себе вылезти из остывшей ванны. Я продрогла, была утомлена, и что еще хуже, была в отвратительнейшем настроении.
Сон пришел ко мне быстро, но это не стало облегчением. Всю ночь снилась какая-то бредятина, с погонями, магическими поединками, злобными, мертвяцкого вида некромагами, и золотыми единорогами, пасущимися по облакам. И если остальное было более менее понятно, то откуда последнее оказалось в моих снах, я совершенно не представляла.