- Угу. Я, правда, сначала тебе не поверил, вот и пытался остановить тебя. Ну там, за плечо схватил, так ты меня на землю как-то швырнул. И я точно поверил, что это ты, а не кто-то другой.
- Дела-а… - выдохнул я. – Я, право, не знаю, кто это был, но уж точно не я. Так что, извините, мужики, но ждали вы меня зря.
- То есть как – зря?! – приподнялся Старшина. – Да меня в Штабе уже, наверное, на боевые потери списали! А по твоему лицу сразу видно было – помощь тебе нужна, дело отлагательств не терпит. А теперь оказывается, что мы сидели просто так?!
- Слушай, я вообще тут ни при чем! Вот иди и жалуйся тому Ведьмаку, который тебя сюда притащил! Если он живой еще… А у меня дела тут.
- Какие? – поинтересовался военстал.
- На химеру ночью иду.
- Ты что, с ума сбг’ендил? – тревожно поинтересовался Карташ.
- С ума, не с ума, а деньги на экипировку нужны. В Припять завтра иду. Кстати, если хотите, можете завтра с Лисой поговорить – она как раз спит… где-то тут.
- И она здесь?
- Да, и она меня ведет на Север. Все-таки я еще не выполнил свою задачу.
- Случайно не брата ищешь? – поинтересовался Старшина.
- Брата… а ты откуда знаешь?
- Ты же… он мне и сказал, - Старшина сделал ударение на слове «он». – Просил помощи, сказал, один не справится. Я решил помочь – все-таки, ты мне помог в Рыжем лесу.
- Ну и дела тут творятся… А ты, Карташ, чего полез?
- Дык я ж… что же я, один через весь Рыжий лес назад пойду? Все-таки сдружились мы, с самого Кордона вместе. Вот и решил помочь.
«Да, дела», - подумал я. Еще один «я».
Не нравится мне это… Что еще за умник, который нами прикидывается?
«А ты ничего не умалчиваешь?»
О чем это ты? По-твоему, это моих рук дело?
«А чьих? Если есть голос, значит, вполне может быть и тело!»
Самому не смешно?
Было бы смешно, если не было грустно… Голос прав, не может такого быть. А может… Может, может? Слишком много этого слова!
- Ну, чего молчишь? – прервал тишину Старшина.
- Думаю, - буркнул я.
Это идея. Тебе не помешают лишние две пары руки в деле. Особенно, если идешь в Припять.
- Думаю, - повторил я, - о том, что может, и не зря вы ждали. Мне пригодится помощь. Мы же друзья?
- Друзья, - кивнул Карташ.
- Может быть, - улыбнулся одним уголком рта Старшина. – Я согласен идти в «Олимп». Тем более что выбора у меня не густо. Один через всю Зону к Кордону я не попрусь, и связи у меня нет со своими.
- И я пойду. Делать мне все йавно нечего, а помийать – так вместе, - ухмыльнулся Карташ.
Я ухмыльнулся. Посмотрел на ПДА – время подходило к трем. Пора будить охотника.
- Ладно, спасибо, парни, а меня ждет дело.
Глава 3 – Янов: Охотники и жертвы.
[Ведьмак]
- Помнишь, что я тебе говорил? – шепотом спросил Зверобой, когда мы вышли из здания вокзала.
- Угу, - кивнул я, оглядываясь. В здании было светло и тепло, а здесь темно, хоть глаз выколи, и холод пробирал до костей, несмотря на теплый костюм.
- Стрелять только в голову! – все равно повторил Зверобой.
Мы шли на север, в сторону полустанка – там, по словам охотника, было логово химеры. Зверобой шел легко и бесшумно – была видна многолетняя выучка и профессиональный опыт. Я не отставал и шел тоже довольно бесшумно – но до старика Зверобоя мне было еще далеко.
- И чтобы ни звука! – строго наказал охотник. – Химера, когда спит, все равно слышит прекрасно. И чует, так что будь осторожен. Подходим с разных сторон – стреляем вместе. Не жди, когда убедишься, что химера мертва – все равно стреляй дальше, когда поймем, что точно мертва, понял?
- Да, - не уставал повторять я – лучше лишний раз выслушать добрый совет, чем потом жалеть на небесах, что не послушался.
Полустанок был довольно близко мы дошли за каких-то десять минут. Зверобой замолчал и пошел вперед. Мне показалось, что звук вообще кто-то выключил – настолько все было тихо. Не слышно было даже шарканья одежды охотника. Можно было не бояться, что химера услышит щелчки движения цевья зарядке нашего оружия – Зверобой строго сказал мне, чтобы я сделал это еще когда мы вышли.
Химера расположилась прямо на платформе и видела, наверное, уже третий сон, – с десяти метров до меня доносился присвист и тяжелое дыхание твари. Тварь выглядела неважно – странная пародия на кошку размером с теленка. Треугольная тупая голова с острыми ушами и торчащими из пасти уродливыми клыками, черная лоснящаяся кожа, маленький хвостик и мощные лапы, похожие на человеческие руки, но с огромными когтями.
Зверобой стоял метрах в пятнадцати от меня, но на том же расстоянии от химеры. Я ждал, когда он выстрелит, и сам держал химеру на мушке. У меня есть всего четыре выстрела, и еще один магазин с тремя патронами. Остается только ждать…
На руке неожиданно завибрировал ПДА. Звук вибрации в полной тишине донесся даже до Зверобоя – что было говорить о чутких ушах химеры. Глаза твари приоткрылись, и она вскочила. Мы одновременно открыли огонь. В ночной тишине выстрелы прозвучали оглушительно, и химера окончательно пришла в себя.
Я вновь выстрелил, но химеры уже не было на месте – она прыгнула к Зверобою. Охотник резко отпрыгнул в сторону, и пустил заряд дроби прямо в голову твари, пролетевшей мимо. Я побежал к ним, стреляя в химеру.
Выстрел, движение цевья, вылетела гильза, вновь выстрел… Химера сбила меня с ног как раз тогда, когда патроны в дробовике закончились. Я рухнул спиной на рельсы, и страшная лапа обрушилась мне на голову. Я вытащил пистолет из кобуры и сунул ствол прямо в развернувшуюся надо мной пасть. Нажал на спуск, и снова, и снова…
Выпустил весь магазин в пасть твари, не обращая внимания на то, что она уже обмякла. Все нажимал на спуск, даже когда закончились патроны, и потом, когда остывающий труп химеры стащил с меня Зверобой. Странно, наверное, я выглядел – глаз дергался, зубы стиснуты и палец все нажимает на спусковой крючок…
- Ну все, сталкер, хорош, - сказал Зверобой. Кажется, с сожалением. Наверное, подумал, что у меня сдали нервы… По сути, он был недалек от истины…
Я с трудом разжал пальцы, и пистолет бухнулся на землю. Опустил зависшую в воздухе руку. Ошарашено посмотрел на черный труп рядом с собой… и вскочил, истерично засмеявшись.
- Ха-ха-ха, и это все?! Да, Зона, что ты мне еще скажешь?! Давай, самое время выпустить на меня стаю кровососов, выводок бюреров и десяток контролеров! А еще заправь сверху взводом военсталов и накрой Выбросом! Ха! Давай же, я жду, сволочь!!!
Тяжелая оплеуха опрокинула меня на землю. Вторую Зверобой дать не успел – рефлексы сработали сами собой, и я сделал ему подножку, и старый охотник бухнулся рядом со мной. Он хмуро глянул на меня и произнес:
- У тебя кровь… на щеке. – Показал на себе.
Я провел ладонью по лицу. Почувствовал саднящую боль и влажность… убрал руку от лица – вся ладонь в крови. Химера поцарапала? Ха! Да она меня наверняка уродом сделала на всю оставшуюся жизнь! Надо рану обработать.
- Все? – спросил я. – Возвращаемся?
- Да, - прохрипел Зверобой, поднимаясь на ноги. – Идем, отдам награду.
Я поднял с земли «Селезень», который выронил, когда упал. С ружьем все в порядке, так что можно вернуть владельцу.
- Ты это, извини, Зверобой, - сказал я. – За то, что химеру спугнул.
- Не парься, - отмахнулся он. - Не виноват же ты, что тебе сообщение пришло.
Кстати о сообщении. Я открыл пришедшее письмо – мать написала. С души словно камень свалился.
«Наконец-то! Почему так долго не писал?! Как приедете, убью! мама». Не очень красноречиво, но справедливо. И почему она написала так поздно? Вернее, рано. Если не ошибаюсь, у них там только шесть утра – мама всегда в восемь на работу вставала. Не забивая себе голову, ответил ей снова, что все нормально, а не писал, потому что времени не было. Про то, что только что чуть не погиб в объятиях химеры, писать, разумеется, не стал – у мамы и так сердце слабое.