Правильнее будет не сопротивляться, компенсировать своё вторжение, расплатившись за собственную глупость не самым худшим способом. Мы оба понимали зачем я сейчас здесь. Но почему он медлит? Смотрит так внимательно. Оценивает стою ли того?
Дрожащими руками взяла бокал. Его пальцы скользнули от запястий к плечам, запуская мурашек по коже. Потемневшие глаза не отрываясь смотрели на моё лицо, пробуждая бабочек в животе. И только одинокий таракан в голове вопил о гордом сопротивлении.
-Выпей, - подтолкнул он мои ладони.
Я послушно проглотила янтарную жидкость.
Забрав бокал и отставив его на стол, альфа вернулся ко мне, присел на корточки, скользнул от щиколоток вверх по ногам, не отводя завораживающего взгляда, заставляя тонуть в глубине своих глаз.
Я рвано выдохнула, понимая, что и не хочу сопротивляться. Меня странным образом тянуло к этому опасному для меня во всех смыслах мужчине. Я не могла заставить себя не чувствовать нежных прикосновений, не таять под голодным взглядом, не вдыхать ещё и ещё густой от возбуждения аромат.
Его на миг отросшие когти с небрежной лёгкостью лишили меня одежды, отброшенной рваными лоскутками в сторону. Жёсткие пальцы с мягкой осторожностью заставили подвинуться ближе, запрокидывая ноги на подлокотники, откинуться назад, открываясь, подставляясь его жадному взгляду. Говорят, не хочешь изнасилования – расслабься и попытайся получить удовольствие. А мне не нужно было себя заставлять. Этот альфа действовал на меня странным образом. Я не чувствовала с его стороны принуждения и попытки сломать, только жажду обладания, жгучее желание стать единым целым. Или это мои мысли?
Сознание плыло, тело горело. А, ведь, он ещё ничего и не сделал!
Тело выгнулось дугой, с губ сорвался всхлип, переходящий в стон, когда его язык широко прошёлся по набухшим складочкам. Его ладони оглаживали мои раскинутые в стороны ноги, а язык плясал на чувствительном бугорке, доводя меня до грани, но не позволяя нырнуть за неё. Я снова застонала, но уже от досады.
Альфа хмыкнул и захватил в плен своего рта затвердевший от возбуждения сосок:
-Хочешь, чтобы я стал твоим? – шепнул он, прокладывая вверх дорожку из поцелуев.
-Да, - выдохнула я, понимая, что это правда.
Его губы мягко коснулись моих, постепенно делая поцелуй более чувственным. Мои руки сами собой оплели его шею, зарылись в волосах, не давая ему отстраниться. Я хотела его! Со всей очевидностью хотела этого мужчину, самца, альфу. Мой язык стал настойчивее, побуждая, поощряя.
Мужские пальцы скользнули по внутренней стороне бедра, нырнули во влажную глубину, истекающую соком желания.
-Хочешь быть моей? – жаром обдал его шёпот.
-Да, - простонала я не в силах больше терпеть эту сладкую пытку.
Резко поднявшись вместе со мной, он шагнул к столу, уложил меня на него животом, сжал мои бёдра, приподнимая, и одним движением ворвался внутрь на всю длину. Я забилась в набегающих друг за другом волнах оргазма: «Вот это да! Никогда так не было!»
-Сладкая моя, - лизнул он плечо у основания шеи, начав размеренно толкаться во мне, вновь заставляя разгореться сытому желанию.
Чувствовать его в себе, отдаваться, подчиняться, довериться! Я начала двигаться навстречу, ускоряя общую разрядку.
Альфа зарычал в ответ на мой крик чувственной агонии, толкнулся и излился, вцепившись зубами в место на шее, которое до этого ласкал губами и языком. Надо бы было возмутиться, оттолкнуть. А я лишь застонала от жаркой волны нового желания:
-Моя, - удовлетворённо рыкнул альфа, погладив пальцами метку.
-Твоя, - отозвалась я, невольно расплываясь в счастливой улыбке.
Конец