Пролог
20 марта 7532 г.
Клиалла, Травяная Республика
– Сегодня вы узнали про Имперскую войну, – завершил урок учитель, выключив презентацию на доске. – Чтобы лучше погрузиться в эту тему, я предлагаю всем классом съездить во Двор Облаков на экскурсию по историческим местам, поэтому просьба обсудить поездку с родителями. Потом на основе этого я дам вам задание по группам, и еще вы напишете реферат.
Одна из учениц сделала об этом заметку в своем фиолетовом кожаном дневнике, вздохнула и откинулась на спинку стула, отбросив за плечо светлые длинные локоны с выкрашенными концами в ярко розовый и уже предвкушая сложное задание. Сегодня ее первый учебный день в новой школе, и сразу новость, что будет дальняя поездка с новыми одноклассниками, а потом еще и групповое задание, требующее близкого общения с ними. Приходить в новую школу посреди учебного года – дело не из легких.
Однако отказываться от поездки ученице не хотелось даже несмотря на то, что она еще толком ни с кем не познакомилась. Историю она обожала, учитель показался очень приятным, и ей очень хотелось посетить исторические места. В теме Имперской войны, в ее первом периоде, ученицу в особенности заинтересовала Руфина Ворн Дуаттисс – принцесса Двора Облаков, ставшая рыцарем, о которой в ходе урока упомянули лишь мимоходом.
«Если можно будет самой выбрать тему реферата, я напишу о ней. Хочу изучить ее историю подробней. Как принцесса стала рыцарем?» – думала ученица, укладывая в сумку тетради и учебники и стараясь не замечать на себе взгляд одного из одноклассников, который весь день глазами следил за ней и на уроке сидел позади нее.
Глава 1
20 июня 5580 г.
Двор Облаков
Эту лошадь я встретила в лесу как раз в тот момент, когда начался дождь. Она была одна – сильная, упитанная, явно не дикая, с красивым красно-рыжим окрасом. Совсем непонятно, что она делала в лесу ночью, но то же можно было сказать и про меня. Может, эта кобыла, как и я, сбежала из дома. Пусть мое фэйское тело было менее восприимчиво к холоду и быстрой усталости, чем у людей, но даже я уже мечтала оказаться в тепле и покое. Однако я не жалела, что ушла из Королевского дворца моей семьи Ворн.
Я забралась на лошадь, хотя в светло-зеленом платье из легкой ткани, которое предназначалось для званого ужина, и черном плаще это было не совсем удобно, а еще прибавлялся вес сумки, висевшей у меня на плече, но я хотя бы переобулась из туфелек в кожаные ботинки.
Как управлять лошадью, я не знала, но она сама начала куда-то идти. Мне оставалось цепляться за ее мокрую гриву и наблюдать, как мы выходим из леса в поле, поливаемое косым дождем. Капюшон от плаща спадал, мои рыжие длинные волосы мокли от дождя и выбивались из прически от ветра. Небо немного светлело, наступало утро. Никакого пункта назначения у меня не было, карту я не брала. Знала лишь, что ушла далеко от Кризента, столицы Двора Облаков, и королевского дворца, расположенного там. Рано или поздно мне предстояло найти хотя бы ночлег, а вместе с ним и постоянное пристанище, но одно я знала точно – я не вернусь во дворец, пусть это и было самой безрассудной вещью, которую я когда-либо делала. Но это безрассудство дарило мне странное чувство облегчения и счастья.
Еще вчера днем я не знала, что за званый ужин меня ждет, поскольку у моего отца, короля Двора Облаков, Фритлаима Ворн, такие ужины бывали часто, и от меня требовалось лишь присутствие.
Главный зал, где проходил ужин, был богато украшен золотом, бежевыми тонами и деревянной мебелью, как и весь дворец. Здесь сочетались самые несочетаемые детали, образуя весьма привлекательный интерьер, к которому я привыкла с детства. Когда я вошла в зал, там уже были мои родители, старший брат и еще один незнакомый фэйский мужчина, сразу привлекший мое внимание. Наверное, ему было около тридцати, то есть на семь лет старше меня. Что-то мне подсказывало, что он занимал важное положение, возможно даже при Дворе. Не то чтобы я знала весь отцовских Двор, мне хватало семьи да пары моих служанок.
– Руфина, – обратился ко мне отец. – Позволь представить тебе Кейна Дуаттисса.
Он был высоким, мускулистым, это проглядывалось даже через его черный камзол. Глаза выражали серьезность, напряженность и наблюдательность. Может, даже жестокость, однако, когда он оказался около меня, чтобы поцеловать мне руку, в его взгляде промелькнул интерес. Я уже успела подумать, что он обладал достаточно красивой внешностью – загорелый оттенок кожи, привлекательное телосложение, густые черные волосы, слегка прикрывающие заостренные уши, лицо, покрытое щетиной. Но следующая фраза отца перечеркнула все последующие мои мысли.