– Те, с кем жили с Ви, пока не сбежали, хватали за них, наматывали на кулак, чтобы мы не вырывались. Так им было удобнее бить нас, особенно головой о деревья, или удерживать, чтобы...
– Я поняла, – кивнула я. Ми не хотела произносить слово «насиловать». Я уже пожалела, что спросила ее об этом, но Ми продолжила:
– Когда они это делали, говорили, что распущенные волосы привлекают мужчин, что для них они очень удобны. Прошло уже много лет, я научилась спокойно относиться к прикосновениям Торина, но каждый раз, распуская волосы, я все еще вспоминаю их. Странно, да? Я с Торином могу спокойно быть близка без одежды, но не с распущенными волосами.
– Почему ты тогда их не подстрижешь коротко?
– Не знаю. Мама нам в детстве говорила не срезать волосы, потому что в них храниться энергия.
После бани мы вернулись в дом. Ми с Торином отказались от чая и ушли к себе, а я, Кейн и Крис решили выпить по чашечке. Сестры Торина тоже уже ушли спать, а их родители пошли в баню после нас.
Расслабленные и вымытые, мы сидели при свечах на кухне за чашками травяного чая, успокаивающего перед сном. Крис рассматривал детские рисунки, где была изображена их семья. Тяжело вздохнув, он посмотрел на Кейна:
– Иногда смотрю на вас с Масфи или сейчас на семью Торина, и тоска одолевает. У меня никогда не было и не будет матери и семьи.
– Семья может состоять и из двоих, – сказал ему Кейн. – Или это могут быть вообще близкие люди не по крови.
– Может у вас родятся дети, и будет у тебя большая семья, – попыталась поддержать я Криса, но мои слова не помогли ему:
– Не всегда боги хотят давать кому-то детей, Ру. И любовь жены не заменит материнскую, как и материнская не заменит любовь жены, – размышлял Крис. – Не все такие счастливчики, у кого есть и то и то, но я безмерно счастлив, что у меня есть хотя бы одно из двух.
Мой взгляд упал на Кейна. Неужели ему не хотелось любви? Почему он не боролся и даже не пытался признаться в своих чувствах? Настолько ли ему рыцарство было важнее?
Но ведь и я сама выбрала рыцарство. Поставила обучение на первое место.
– Давайте не засиживаться, утром рано встаем, – сказал Кейн, когда мы допили чай. – У нас времени не очень много, потому что сомневаюсь, что Гуинар решат медлить.
– Что их вообще сдерживает? – спросила я.
– Принцесса, я сказал, мы идем спать. Об этом поговорим завтра по дороге.
Я и правда устала, сон на меня навалился очень быстро, что в голове и не осталось уже этих вопросов. Мне даже ничего не снилось, я просто крепко спала, пока посреди ночи меня не разбудил жуткий шепот, который я теперь узнавала из тысячи.
– Руфи-ина-а... Я тебя вез-зде найду-у, где з-захочу-у...
Перед глазами стояла темнота, кто-то закрыл мое лицо одеялом. Почему-то я и двигаться не могла.
– Кто ты? – спросила я. – Что тебе нужно?!
– Ничего-о ос-собенного-о... Прос-сто з-забрать твою-ю ж-жи--ии-из-знь...
– Зачем?
Но мне не ответили. Наконец я смогла стянуть с себя одеяло, но в комнате никого не было. Я тут же вскочила и бросилась к открытому окну, откуда дул ветер, колышущий белый тюль. Перед сном окно я точно оставляла закрытым. Внизу никого не было, да и как сюда, на второй этаж, можно было забраться? В саду тоже не было ни души. Что за чертовщина? На этот раз страх точно уступал место злости.
На всякий случай я вытащила нож из сумки и крепко сжала его в руке. Конечно, я уже была чуть сильнее, чем прежде, потому мне не хотелось просить помощи защитить меня, но тут были другие, в том числе дети, потому я не могла не сообщить Кейну.
Стук в комнату, где спали Кейн с Крисом, заглушал храп Криса, потому я тихонько вошла к ним. Крис спал на кровати, Кейн лежал рядом на полу на постеленных покрывале, подушке и одеяле.
Присев на корточки, я задержалась, прежде чем разбудить его. Даже во сне его красивое лицо было напряженным и серьезным. Я могла сколько угодно от себя убегать, занимать мысли Квадриптихом и тренировками, но сейчас, под покровом ночи, когда все спали и после того, как я подверглась опасности, я не могла не признать, что хотела лечь рядом с ним, прижаться к нему. Хотела обладать его телом, его сердцем, его душой. И чтобы он обладал моими. Но наступит утро, и мы оба решим, что сейчас для нас важнее другое.
Я легонько потрясла Кейна за плечо, и он мгновенно проснулся.