– Я не хочу больше спать, – сказал он, безотрывно глядя на огонь. На пламя вечно можно смотреть.
Интересно, о чем он сейчас думал? Мне казалось, в его голове всегда тысяча мыслей и рассуждений, но не похоже, что он полностью погряз в них, он всяко сохранял бдительность и следил за тем, что происходит вокруг. Наверное, не бывает ни минуты, когда его разум полностью расслаблен.
Раньше я удивлялась этому, а сейчас понимала. Преследователь и война с Тэхией научили быть внимательной и наблюдательной.
– Как думаешь, если Арув соберет все части Квадриптиха и приведет их в действие, это подействует на меня? – спросила я шепотом. Даже Крис перестал храпеть, и голоса в ночной таинственности необитаемого острова казались бы громкими как крик.
– А ты надейся, что он не найдет другие части Квадриптиха.
– Но как же фраза о том, что надо готовиться к худшему?
– Хорошая фраза, конечно, но без надежды душа затухнет, ты только начнешь подпитывать жестокость.
– В войну воинам нужны холодный разум и жестокость, разве нет? – спрашивала я. Разобраться в том, каким быть и что чувствовать так сложно, но если отказаться от любви, легче концентрироваться на действительно важных вещах. Особенно в бою.
– Не научилась ты еще нашей мудрости, принцесса. Но ты поймешь со временем. Наверное. Может, даже я еще не понял всего этого.
– И что же мне тогда делать?
– Помолись Адаре. В конце концов, можешь рассчитывать на ее поддержку.
Больше Кейн ничего не сказал, оставляя меня в размышлениях. Сам он продолжал безотрывно смотреть на огонь, а я – на него, готовая поддаться еще одному импульсу и прижаться к его губам, но не стоит. Квадриптих Поглощающего Тумана, Тэхия, желающая захватить мир, мое обучение – вот что важно.
– Ты безотрывно смотришь на меня, – шепотом произнес он, повернув ко мне голову. Теперь настала моя очередь смотреть на пламя костра.
– Тебя комар в щеку укусил, вот и смотрю, – буркнула я.
– Завидно, что губы комара коснулись моей щеки, а твои нет?
– Специально меня выводишь? – резко повернулась я к нему, продолжая говорить шепотом. Что у него за шутки в стиле Криса? Не уверена, что у комаров вообще губы есть.
– На что я тебя вывожу, принцесса? – наклонил он голову вбок с интересом.
– На все. Всегда.
Я потянулась к нему и быстро чмокнула в щеку.
– Вот теперь все, – сказала я, продолжив смотреть на пламя.
– Что все? – не отставал он.
– Теперь и мои губы коснулись твоей щеки. По особой просьбе могу тоже попить твоей крови.
– Не сомневаюсь, но приберегу ее на будущее, если ты вдруг когда-то сможешь одолеть меня в поединке и пустить мне кровь. Но тогда я и в чудо поверю.
– Думаешь, не смогу одолеть тебя? – с вызовом спросила я.
– Не смеши меня.
– Что еще я не смогу, по твоему мнению? Может, вот это? – Одним движением я перекинула ногу через Кейна и оказалась у него на коленях лицом к нему. Секунду посмотрела в его удивленные глаза и смело поцеловала его.
Не знаю, зачем я это делала. Просто поддалась импульсу. Но, кажется, мне удалось его ошеломить.
Его руки легли мне на спину, он углубил поцелуй. Адара, помилуй меня, пока я не сошла с ума. Внутри меня разгорался такой же огонь, как в костре за моей спиной, и этот жар мне хотелось передать Кейну, он его тоже чувствовал. Этот пламенный поцелуй кружил мне голову, казалось, я вся пульсировала.
Но едва я уловила шорох, доносившийся из палатки, тут же слезла с Кейна, и в следующую секунду оттуда, потягиваясь, вышел Крис. Мы с Кейном пытались выровнять сбившееся дыхание.
– Доброе утро, – сказал Крис.
– Еще только рассвет наступает, – подметил Кейн. – Ты чего не спишь?
– Выспался уже, подумал помочь с завтраком.
Ми с Торином тоже вскоре встали, мы позавтракали припасами, которые захватили с собой, и я рассказала о своем чутье, которое подсказывало местонахождение части Квадриптиха.
– У нас часть Квадриптиха не охранялась, но в Альзинии ее охраняли твари, так? – напомнил вдруг Торин. – Возможно, ее запрятали здесь в самое логово тварей.
– Может, и не нужен нам Квадриптих? – уточнила Ми. – Пусть спокойно там себе лежит.