Когда мы покинули церковь, Кейн сказал Крису, Барку и Олеандру:
– Идите, еще можете отдохнуть перед началом дня.
И вот мы остались одни. Все произошло так внезапно, но так правильно, что от некой легкости и свободы у меня по телу бежали мурашки, а по щекам катились слезы. В обоих ладонях я все еще сжимала свой меч.
– Кейн, спасибо, – сказала я. – За то, что дал мне шанс. Что поверил в меня.
Пусть поначалу и казалось, что это не так.
– На самом деле, принцесса, отец научил меня почти сразу видеть, сможет стать новобранец рыцарем или нет. И дело не в том, как он тренируется. Я могу распознать даже по взгляду. И у тебя я это увидел сразу.
– Я знаю, насколько это все серьезно. И я не подведу. Я еще никогда не чувствовала себя настолько счастливой и настолько... собой, – призналась я на эмоциях. Но была одна вещь, которую я больше не могла держать в себе, и более подходящего момента я не найду. – Но еще счастливее я стану, если скажу тебе это прямо сейчас.
Вдох, выдох, Руфина. Ты рыцарь. Ты можешь сказать то, что хочешь. Следовать зову сердца – самое верное решение, даже если оно кажется безрассудным. Так сказал мне папа. И однажды, покинув дворец, я не пожалела, что откликнулась на этот зов. Так и сейчас я должна сделать это.
– Я думала, что мне нужно концентрироваться только на тренировках, что я не должна допускать никаких чувств, но сейчас я поняла, что не хочу от них прятаться, – говорила я, глядя Кейну в глаза. – Да, ты меня иногда бесишь, но ты единственный, кто вызывает у меня целую бурю внутри каждый раз, когда я вижу тебя. Не знаю, что это за чувства, но знаю одно. Я не хочу от них бегать.
Вопрос только в том, не хочешь ли ты от них бегать? Но этот вопрос я Кейну не задала. Он не отвечал, но обдумывал что-то внутри. Вокруг нас гулял ветер, трепещущий перья на его крыльях и мои волосы, и я была уверена, что этот ветер был вызван размышлениями Кейна, его внутренней борьбой.
Даже если он развернется и уйдет, я хотя бы наконец высказалась, но вдруг он ответил:
– Я тоже не хочу. – И прижал меня к себе, поцеловав. Также, как тогда у костра, пылающе и жгуче. Мне стало жарко, тело под доспехами пульсировало, откликаясь на Кейна. Хотелось его обнять, но мои руки все еще сжимали меч, не ранящий Кейна только благодаря доспехам. Почти мне в губы он прошептал:
– Ты забрала мое сердце сразу, как ушла из дворца и пришла сюда. А внимание свое обратил я на тебя еще раньше, на одном из балов, которые устраивает твой отец. Но зачем-то избегал все это. А теперь больше не хочу избегать.
Сейчас не существовало ни Тэхии, ни прочих проблем. Только я, Кейн, меч между нами, ничуть не мешавший поцелую, и наши чувства, чем бы они ни были. Я наконец опустила меч, положив на землю, и обняла Кейна в ответ. Наши доспехи ударялись друг о друга с лязгом, и мне до невозможности хотелось от них избавиться. Мне нужен был весь Кейн, я не могла стоять на месте, чувствуя, как горю изнутри. Как воздушные волны прокатываются по мне, как тело расслаблено и накалено одновременно.
– Пожалуйста, – молила я, прерываясь от поцелуев, чтобы отдышаться. – Я не могу больше, я сама в пламя превращаюсь.
– Это эйфория от посвящения и меча, – объяснил Кейн, прижавшись своих лбом к моему и обдав меня легким порывом прохладного утреннего ветра. – Этот меч взывает тебя к себе. Или твоя душа взывает к нему. Еще с битвы в Кризенте. Потому он твой.
Он говорил с тяжелым дыханием, отчего внизу живота жар почувствовался еще сильнее.
– Я чувствую этот зов. Это почти так же, как тяга к тебе, – прошептала я.
– Не будем спешить, принцесса, – отстранился Кейн. – Твое сознание сейчас почти что опьянено, тебе нужно остыть. А знаешь, что лучше всего помогает от такого состояния? Физические нагрузки.
– Ты как всегда, – закатила глаза я. – Что я и говорила, иногда ты меня так бесишь!
– А ты хотела избежать тренировок, принцесса? Не получится, ты теперь полноценный рыцарь. Но до разминки еще час.
– Тогда потратим его на бег, иначе я сойду с ума.
Глава 55
Несколько кругов бега навстречу ветру Кейна, что только во множество раз усиливало нагрузку, пока мои легкие не стали гореть. Мытье в ледяной воде. Плотный завтрак с крепким кофе. Только тогда я остыла и пришла в себя.