– Но он ранен, и нож мой был смазан сильнейшим, но не смертельным ядом. Рана будет заживать тяжело и долго, но останется шрам, который даже ведьминским колдовством не скроешь. Так мы вычислим, кто это.
Вряд ли преследователь настолько дурак, чтобы демонстрировать шрамы, но говорить мне было больно, потому я промолчала. Но с другой стороны, тогда мы могли бы заметить, кто будет постоянно прикрывать шею.
– Ты правда ушел? – прошептала я, пока мы шли к лошадям.
– Да. Нужно было дать преследователю поверить, что ты осталась одна.
Но он сразу вернулся. И его план сработал, хоть я и немного пострадала. Кейн считал боль с моего лица, потому сказал:
– Не переживай, боль к утру пройдет.
– Знаю, – одними губами произнесла я. Мы оседлали Блу и Атласа и двинулись к замку.
А ведь будь я проворнее, быстрее и натренированнее, не дала бы преследователю себя душить. И это не была заторможенная реакция из-за выпитого вина, оно как раз таки делало меня смелее. Просто я снова замешкалась.
Кейн словно прочитал мои мысли, а может, они были написаны у меня на лице. Он не ругал и не отчитывал, как это делал иногда, и ни о чем не спрашивал, лишь сказал:
– Это наша задача – научить тебя реагировать так, как мы. Ты всего лишь пару месяцев тренируешься, прошло еще слишком мало времени, чтобы уметь все. Рыцари учатся годами, набирают опыт десятилетиями. Еще научишься.
Я кивнула, то ли соглашаясь, то ли в знак благодарности за поддержку.
– Твоя проблема в том, – продолжал Кейн, – что если у тебя есть свободная минута и ты можешь осознать и предугадать, что происходит, то ты можешь взять себя в руки. Так было в Кризенте. Но ты не готова к неожиданностям, а преследователь именно этим и пользуется. Тебе надо развивать твои фэйские органы чувств.
– Угу.
– Из-за Соглашения о равенстве это может быть чуть труднее, так как твой организм сопротивляется. Так и работает магия Соглашения. Но мы все смогли нащупать тот максимум, на который мы способны с этим Соглашением.
– И я смогу? – прошептала я.
– Сможешь, если постараешься. Воинам нельзя быть уязвимыми. Тебе еще работать над собой очень много, но каждый из нас проходил такой путь. И легко он не дается, но главное знать, ради чего ты стараешься. А как я заметил, ты знаешь, ради чего движешься.
– Иногда мне кажется, что я очень часто бываю уязвимой, – снова прошептала я, морщась от саднящего горла.
– Как бы ты ни старался, все равно будут вещи, делающие тебя уязвленной. Если в бою или в другой опасной ситуации ты отвлечешься на того, кто тебе особо дорог, ты можешь забыть о себе и обо всем вокруг.
Возможно, по этой причине Кейн избегал чувств ко мне, но тем не менее рискнул открыть свое сердце.
Глава 57
Вернулись мы домой снова глубокой ночью, горло перестало так сильно болеть.
Кейн «пометил» преследователя, но мы не решили с ним проблему полностью. С Тэхией в ноябре в любом случае нас ждет непростое время, а у Травяного Королевства уже сейчас проблемы, в эту самую минуту, и неизвестно, справляются они или нет.
Да уж, если постоянно об этом думать и переживать, можешь начать сходить с ума. И лишь рядом с Кейном я могла позволить хоть немного успокоиться и расслабиться.
А ведь всего каких-то пару месяцев назад, да даже позже, я ненавидела его.
– Стой, – остановила я его на лестнице, где мы должны были разойтись по спальням, и прильнула к нему, положив голову ему на плечо. Сейчас я особенно прочувствовала собственные напряжение и усталость, причем не физическую усталость, к ней я привыкла и в последнее время вовсе не замечала, хотя и она присутствовала. – Как ты думаешь, я выдержу все это?
– Нет, принцесса, – саркастично ответил он. – Ты опустишь руки и бросишь все на самотек.
Я отстранилась, грозно посмотрев на него, но он лишь рассмеялся. Он ведь и правда умел смеяться, но чувство юмора у него отсутствовало.
– Чтобы я еще раз хоть в одной своей мысли тебе призналась! – проворчала я, направляясь к своей комнате, но Кейн схватил меня за руку и резко притянул обратно к себе. Я стала вырываться, и чуть не полетела с лестницы, но он поймал меня, подняв на руки и не собираясь опускать.
– Прекрати сомневаться в себе, – сказал он. – Хотя, как я и говорил, чтобы ты начала что-то делать или согласилась на что-то, тебе надо сказать, что ты слабая.