Из открытого окна доносилось, как Кейн во внутреннем дворике докладывал остальным рыцарям обстановку:
– Они прибывали и прибывали, суматошно лезли вперед, на верную смерть. Ими никто не управлял, эти просто взбунтовались, как и в Травяном Королевстве, но тут их было значительно меньше. Мне поступили сведения, что десять тварей перехватили под Кризентом. Скорее всего, эти тоже двигались в Кризент, но по дороге наткнулись на нас. На ночь остаются четыре дежурных, двое на крыше, двое у стен замка. Огненные отправляются сжигать трупы тварей, троих хватит.
Послышались голоса тех, кто вызвался добровольно, а я пыталась прийти в себя. Меч с засохшей кровью тварей лежал у ног, напоминая, что я смело сражалась против них, но эта смелость прошла. От страха, ужаса, чувства вины и беспомощности не избавиться, особенно сейчас, когда я вспоминала эти гигантские стаи тварей, желающие только без разбору убивать и разрушать, по настоящему ужасали, словно это что-то, вырвавшееся из самых жутких глубин тьмы.
Если они взбунтовались сами по себе, значит, нас ждет конец света? И где вероятность, что не прибудут еще стаи тварей? Что, если от этого наша страна сильно пострадает в преддверии столкновения с Тэхией?
Я уткнулась лицом в колени. Может, среди тварей все-таки были теневые, обострявшие страхи.
Послышались чьи-то шаги, остановившиеся у меня. Подняв голову, я увидела присевшего напротив меня Кейна.
– Жива? – спросил он, как и я, все еще в грязи и забрызганных кровью доспехах.
– Да, – потерла я сухие глаза. – Все в порядке?
– Некоторые остались охранять замок, кто-то отправился на разведку.
– Что, если это были не последние твари?
– Не думаю, что есть еще угрозы. Демоны сдерживают тварей, и во Дворе Облаков и вокруг него их всегда было мало. Скорее всего, эти просто сумели вырваться из внушения своих создателей.
Голос Кейна удивительным образом действовал успокаивающе, и он даже ни слова не говорил о том, что сейчас я предалась страхам и сидела в углу, пряталась от всех и крутила в голове навязчивые мысли.
– Пойдем, все расходятся сейчас отдыхать, – встал он и протянул мне руку, за которую я схватилась и тоже поднялась. Сразу закрутились и так не дававшие покоя мысли, вдруг твари все-таки нападут, а мы все уже расслабимся и будем спать?
– Там точно не было теневых тварей? – уточнила я. – Или я все-таки морально слабая?
– Принцесса, твари и не теневые вселяют ужас одним своим видом, а ты стойко сражалась несколько часов, пока всех не убили. Просто поверь мне, что больше беспокоиться не о чем, тем более никто серьезно не пострадал. Пойдем.
Не отпуская моей руки, он повел меня наверх, к своим покоям. Свободной рукой я тащила меч, скребущийся по полу. Лишь когда мы оказались внутри и Кейн запер двери, ведущие в коридор, я осознала, что он собирался оставить меня здесь на ночь. Он продолжил идти сквозь комнаты, пока мы не оказались в ванной.
– Что я тут делаю?
– Не хочу тебя одну в таком состоянии оставлять, – ответил он, пройдя в ванную и начав набирать горячую воду. – Тем более в купальне сейчас другие рыцари.
– Неужели я заслужила провести ночь в нормальной спальне? – поразилась я.
– Знаю, что тебе так будет спокойнее. Иди первой прими ванну.
Кейн вышел из комнаты, оставив дверь приоткрытой, а я устало сбросила с себя все, что было на мне, распустила волосы и погрузилась в ванну с пеной. С грязными доспехами, одеждой и мечом разберусь завтра.
Интересно, как Кейн почувствовал, что я боялась оставаться на ночь одной в своей маленькой, темной и холодной комнатушке? Из приоткрытой двери я услышала треск поленьев в камине, который Кейн, должно быть, сейчас зажег. А ведь прежде он мне ясно давал понять, что никаких поблажек, никаких более комфортных комнат.
Я наконец оттерла всю кровь с волос и кожи одной из новых губок, взятых с полки, и откинулась назад, наслаждаясь горячей ванной и мыслью, что либо Кейн очень хорошо скрывал эту свою заботливую и чуткую сторону, которую при знакомстве с ним я в упор не видела, либо он так переменился рядом со мной.
Через несколько минут он вошел с чистыми полотенцами и моими сорочками на выбор. После прошлого раза, как я здесь мылась, я уже не смущалась, тем более мое тело снова было прикрыто пеной.