Но усталость все-таки взяла верх, и несмотря на трепет в груди и на вновь начавшее появляться возбуждение, мои веки закрылись, и я уже сквозь сон ощущала, как Кейн сходил куда-то, вернулся с полотенцем, аккуратно вытер мои бедра, убрал назад мои спутавшиеся волосы, после чего накрыл одеялом и обнял меня.
Глава 65
Под звуки барабанящего дождя по окну, треск из камина и бодрящий запах кофе я проснулась среди мягких подушек и одеял. Первые несколько минут, пока реальность не навалилась на меня, я лежала с закрытыми глазами, с наслаждением думая о том, как сладко спала этой ночью.
Но стоило мне открыть глаза, и реальность вернулась. На мне совсем нет одежды, комната вокруг очень не похожа на мою каморку, а дождь, должно быть, сейчас смывал пепел от сожженных останков тварей.
– Доброе утро, принцесса, – сел на кровать Кейн, одетый в свои серые пижамные штаны, и протянул мне кружку кофе, держа свою в другой руке.
– Ты принес мне кофе в постель? – удивилась я, присев и прикрывая одеялом тело.
– Подумал, что завтрак в постель – это слишком даже для твоего высочества, но кофе я и сам пью каждое утро перед тем, как встать.
– Спасибо.
Вцепившись в горячую кружку обеими руками, я избегала взгляда Кейна – меня сейчас поглотило такое смущение, которого ночью и близко не было. А вместе с ним и стыд за то, что мы с Кейном позволили дать волю чувствам и выбрать друг друга сразу после нападения тварей. Ведь некоторые продолжали работать – кто-то сторожил замок, кто-то избавлялся от тел, где-то, быть может, твари уцелели и подвергали опасности кого-то еще, пока мы были заняты друг другом.
– Довольной ты не выглядишь, – подметил Кейн.
– Больше не приходили сведения о тварях?
– Нет, все в порядке. Только об этом беспокоишься?
– Ну, еще о том, что пока остальные работали, мы... – я даже не закончила фразу.
– Ты жалеешь о том, что между нами было? – в его голосе промелькнула нотка беспокойства и разочарования, но я уверенно ответила:
– Нет. А ты?
– Тоже нет. Я еще ни разу не жалел ни о чем, что связано с тобой.
Всякое смущение постепенно уходило, когда я осознавала, что Кейн по-прежнему смотрит на меня с восхищением, своим влюбленным взглядом, от которого воспламенялось мое сердце, что хотелось лишь прижаться к Кейну и провести с ним вечность.
– Но спать я буду, как полагаю, все еще в чулане? – предположила я, хотя представила, что все обо мне будут шептаться, если узнают, что я ночую у Кейна.
– Твоя комната не чулан, она вполне подходит для жизни.
– А я уверена, что до меня там хранили швабры.
Кейн не ответил, молча допив кофе, а я фыркнула:
– То есть это правда.
– Это дисциплинирует тебя. А сегодня ты проснулась куда позже обычного, уже половина одиннадцатого.
– И ты не будил меня?
– Ты так сладко спала, я не смел тревожить твой сон. Тем более сам я проснулся всего минут на двадцать раньше тебя. Но после тяжелого дня такое позволительно.
– Удивлена, что за долгий сон не последует никакого наказания, – шутила я. – Я уже начала думать, что заставишь пробежать лишних двадцать кругов или все упражнения в двойном объеме...
– Сама ведь мне идеи подаешь. И, поверь, для тебя это было бы только во благо, но сегодняшним утром я добрый.
Допив свой кофе, я поставила пустую кружку на тумбочку и обратно плюхнулась на подушки, раз в десять мягче, чем то жесткое недоразумение, которое и подушкой назвать сложно, на чем я обычно здесь спала. Вставать так не хотелось, но несмотря на атаку тварей, на прекрасную ночь с Кейном и мою блаженную расслабленность, нужно было вставать и двигаться дальше, тренироваться еще усерднее.
– На самом деле я бы предпочел, чтобы некоторые ночи ты проводила со мной, – признался Кейн, но я покачала головой:
– Вечера могу, но спать мне стоит у себя.
– С чего ты мнение поменяла?
– Не хочу портить свою и без того шаткую репутацию.
– В глазах многих у тебя очень хорошая репутация, не принижай себя. И она будет еще лучше, если сейчас ты встанешь и отправишься на тренировку.