– Экипаж Гуинар прибудет примерно через полчаса, – сообщил летучий, поклонившись.
– Сразу бы ему глотку вырвать... – пробубнила я.
– Знаешь, принцесса, как-то в записях Тривириса я увидел строки, смутно напоминающие пророчество, – начал рассказывать мне вдруг Кейн, наверное, чтобы отвлечь меня. – В нем говорилось о том, что никогда не бывает полностью мирных времен, так уж устроены фэйцы и люди. Сначала были войны среди фэйцев, потом фэйцы против людей, а теперь и фэйцы и люди против захватчика. И если мы решим вопрос с Арувом каким-либо способом, войной или нет, через какое-то время вспыхнет новая война. И кому известно, из-за чего она будет?
– Ты ничуть не успокаиваешь, – подметила я.
Как нам и говорили, ровно через полчаса на пустошь прибыли кареты, из которых вышел Арув в своем бордовом развивающемся плаще и таком же галстуке-бабочке. Он был стар, но выглядел не старше сорока пяти. Его окружали несколько солдат, с ним прибыл лишь один из его младших сыновей, Лаэрт.
– Удивительно, что Дармонда он не взял, – тихо прокомментировал Кейн.
– Я жду вашего решения, – встал напротив нас Арув.
– Сейчас у меня в руках две части Квадриптиха и свиток с передачей Тэхии города Перистый, – выступил Камилл. Синий плащ на нем, будто противоположность Гуинар, развевался на ветру, как и его рыжие волосы.
Я, Кейн и отец недоуменно переглянулись и недоверчиво уставились на Камилла. В свои планы он и нас не особо посвящал, но говорил, что все будет в порядке.
– Но что толку, если у тебя нет четвертой части Квадриптиха и мы не отдадим тебе Кристина Адхиля? – продолжил Камилл.
– Удивлюсь, если вы отдадите и имеющееся, – недобро усмехнулся король Тэхии.
– Тебе это не поможет, поэтому я могу тебе отдать Перистый. – Камилл передал из рук в руки черный свиток.
– Очень признателен, – иронично поклонился ему Арув и передал свиток сыну, приказав: – Убери в карету.
– Ты что творишь? – повернулся к Камиллу отец. – Совсем из ума выжил?
– Без Адхиля и полного Квадриптиха завоевать Цепь Рождения не получится, – ответил тот. – Что толку, если город будет у Гуинар?
– О, не переживайте вы так, у вас и у нас еще будет время решить этот вопрос, – сказал Арув. – Видите ли, завладеть Цепью Рождения можно в новолуние, которое будет только пятого декабря.
Еще две с половиной недели до конца.
– И как ты планируешь решить этот вопрос? – спросил Кейн. – Выкрасть Криса сложно, но еще сложнее отобрать у Махур часть Квадриптиха.
– Говорю же, не переживайте, – поправил свой галстук-бабочку Арув. – У меня полно идей.
– Почему нам тебя просто сейчас не убить и не забрать Перистый обратно? – поинтересовался отец.
– В моем распоряжении стаи тварей, которые, как вы все прекрасно знаете, сейчас очень агрессивны. Стоит вам лишить меня жизни, как все ваши города подвергнуться их атакам. Готовы ли вы пожертвовать ими, только чтобы лишить меня жизни?
– Я могу тебе и две части Квадриптиха отдать, все равно без четвертой у тебя ничего не выйдет, – сказал Камилл. – Но не смей трогать население.
– С удовольствием приму их.
От довольного лица Арува и тона, от его радости, что он все предусмотрел, я едва не зарычала, сжав рукоять меча, но пока не вынимая его. Кейн схватил меня за руку, едва заметно покачав головой.
– Что ж, полагаю, вновь увидимся пятого декабря, – сказал Арув напоследок.
Трясясь, я пребывала в такой ярости, что казалось даже, вместе со мной дрожал и меч. Арув уехал в своем экипаже, наши солдаты и рыцари все еще оставались на позициях.
Отец встал напротив Камилла – они были почти одного роста – и сказал:
– Ты рехнулся, сын. Не заставляй меня жалеть о том, что я сделал тебя королем. Какого демона ты отдал им целый город? Один из самых важных городов у нас!
– Все разрешится, – со странной уверенностью ответил Камилл.
– Теперь все зависит от Махур и безопасности Криса, – добавил Кейн.
– Если Арув их не получит, он не остановиться, – возразил отец. – Война неизбежна в любом случае, все остается по-прежнему. Или Арув чудом получает весь Квадриптих Поглощающего Тумана и Адхиля, завоевывает всемирное могущество, и тогда воюем против подчинения ему, или он их не получает, злится, и сам начинает войну.