Этими наблюдениями я поделилась со своими попутчиками, на что Кейн мне ответил:
– Даже в войну люди продолжают жить, чтобы не сойти с ума. Что толку сейчас сидеть, бояться, прятаться по домам и молиться, если так ты только усугубишь свое состояние и то единственное спокойное время, которое у тебя осталось?
– Согласен, – сказал Барк. – Война идет рука об руку со смертью и страданиями. И пока есть время, лучше не сидеть в предвкушении, а сделать то, что боишься не успеть. Чтобы потом не жалеть об упущенной возможности.
Слова обоих рыцарей вызвали у меня много размышлений, о которых я думала все занятие, весь этот открытый урок. Когда он закончился, многие нам сообщили, что придут и завтра. Такое мужество и готовность простых жителей восхищали меня почти до слез.
Вечером Барк сообщил, что переночует у одной женщины, чтобы мы не ждали его в постоялом дворе. Кейн сказал, что вернется позже, и ушел по своим делам, не раскрыв секрета, куда. Но я не пошла на поводу у своего любопытства и не стала шпионить за ним. Мало ли какие дела у него могут быть в столице. Вместо этого я решила прогуляться одна. Преследователя можно было больше не опасаться, и несмотря на другие возможные в теории опасности, я повесила меч на пояс, без которого я обычно ощущала себя нагой или неполноценной, и отправилась на улицы, где многие меня узнавали и кланялись мне.
Внимание мое привлек магазинчик с игрушками на витрине, и пусть я была уже взрослой, пришла от них в восторг и не смогла пройти мимо. Когда я вошла, над дверью звякнул колокольчик.
Куклы со всем разнообразием внешности, сотни платьев для них, карусельки, лошадки, солдатики, домики – все хотелось разглядывать. В детстве у меня был избыток игрушек на любой вкус и цвет, но каждой я уделяла должное внимание. Так и сейчас я ходила по магазинчику с блеском в глазах, как маленькая девочка, хотя при этом была облачена в доспехи и плащ, скрывающий меч.
Это заставило меня вспомнить о моей любимой игрушке детства, кроме деревянных солдатиков Камилла, – кукле со светящимися крыльями. Светились они благодаря маленьким осколкам светящихся кристаллов, а одета эта смуглая кукла с русыми волосами в розовое платьице. В игрушки я давно уже не играла, поэтому отдала эту куклу дочери Фиби. Хоть та и была фэйкой земляной стихии, ей очень понравилась эта крылатая кукла, тоже ставшая ее любимицей.
Я дошла до полок с погремушками для малышей, яркими, в виде животных. Пройти совсем мимо я не могла, мне очень хотелось что-нибудь купить, но не буду же я, почти двадцатичетырехлетняя принцесса и рыцарь покупать себе игрушки. Зато кое-кому они скоро могут пригодиться.
– Ваше высочество, – поклонилась мне милая продавщица. – Вы хотите что-нибудь приобрести?
– Да, набор этих чудесных погремушек, – указала я на товар, и лицо продавщицы выразило удивление.
– Вы берете для своего будущего ребенка? – Взгляд ее метнулся к моему животу.
– Нет-нет, я беру своей близкой подруге, – поспешила ответить я, думая о Сине. На ее раннем сроке еще рано думать о покупке игрушек и одежки, но слова Барка всплыли в голове. Лучше сделать что-то заранее, чем потом не успеть и жалеть.
Продавщица упаковала погремушки в коробку и перевязала нейтральной бежевой ленточкой. Довольная, я вышла и осознала, что в соседнем доме находится магазинчик Дарлы. Что ж, давно я у нее не была, можно и заглянуть.
Она очень обрадовалась мне, я оказалась у нее в тот момент единственной клиенткой.
– Итак, я знаю, что вы с моим кузеном вместе, – хитро улыбнулась она. – Поздравляю.
– Как быстро расходятся новости об этом, – удивлялась я, разглядывая ассортимент, хотя взгляд мой притягивало лишь одно полностью кружевное платье. Дарла заметила, что я на него смотрю, взяла его и протянула мне:
– Померяй.
– И куда мне его надеть?