Люди не хотели останавливаться, их целью было или истребить всех фэйцев, или добиться от них уступок. Фэйцы защищались и нападали в ответ, но спустя несколько лет ужаса король Альзинии – самой южной страны в жаркой бескрайней пустыне с редкими оазисами, предложил Соглашение о равенстве, хоть и саму Альзинию эта война почти не затронула. Все страны поддержали эту идею, обе стороны она устраивала – и людей, жаждущих быть наравне с фэйцами, и фэйцев, уставших от войны.
В самой Альзинии и правда почти не велись боевые действия, разве что на западных границах с Рэнслией и Травяным Королевством. С других сторон Альзинию окружала вода. На протяжении всей истории Альзиния сохраняла нейтралитет, имела самый высокий уровень жизни, и никто никогда не жаловался на жизнь там несмотря на то, что расположена она посреди пустыни. Потребовались годы на восстановление, страны помогали друг другу, фэйцы и люди сдружились, поскольку теперь обладали равной магической силой, но теперь возник конфликт, не имеющий отношения к расовой вражде.
– О чем задумалась? – выдернула меня из мыслей Масфи, ставя в печку сразу несколько керамических форм с тестом для хлеба. Я несколько минут пялилась в одну точку, предаваясь размышлениям, и чай мой уже остыл.
– Как мы пришли к войне с Тэхией и есть ли у нас шансы. Несколько лет назад же были серьезные кровопролитные бои с тэхийцами, и они же уже однажды взяли под контроль Рэнслию, что говорит об их силе, – сказала я.
– Это говорит не об их силе, а о умелом манипулировании, – поправила меня Масфи, сев напротив меня за деревянный стол кухни. – После войны фэйцев и людей одной из самых разрушенных стран оказалась Рэнслия. Как ты знаешь, ее половину составляют горы, которые не выдержали землетрясений, вызванных обладателями стихии земли, и завалили леса и поселения. А у Тэхии один горный хребет с Рэнслией на юго-западе, и она первая бросилась ей на помощь. Так две страны объединились, но все усложнилось гибелью королевской семьи Рэнслии, оставшейся не то что без сильного короля, а без какого-либо правителя вообще. Та кучка графов, что звалась королевским кругом Рэнслии, была ни на что не способна, и тогда Тэхия взяла под свой контроль Рэнслию.
– Но спустя годы Рэнслия по итогу оказалась скорее колонией Тэхии, чем ее полноправной частью, – сделала вывод я.
– Да, и тем самым Тэхия показывает якобы свою силу, но надо ей больше. Думаю, ты знаешь королевскую семью Тэхии.
– К сожалению, даже лично с ними знакома, – кивнула я. – Семейка фэйцев Гуинар со старым высокомерным королем Арувом, его женой, которую волнуют только драгоценности, и целой толпой наследников. Семеро детей, которые в борьбе за престол и благосклонность их дорогого папочки готовы поубивать друг друга, а заодно и половину мира.
– И ты еще спрашиваешь, почему они хотят войны? Потому что они не в себе от своей жажды могущества. Хотя Тэхия не всегда была такой, и народ там не плохой, им просто приходится слушаться своего правителя. Но мой покойный муж был тэхийцем.
– Как он оказался во Дворе Облаков, если родился в Тэхии? – поинтересовалась я.
– Во время одной его поездки в Кризент он познакомился со мной, и из-за меня перебрался сюда. Мы тогда были совсем молодыми, обоим по двадцать лет. Он был первым Дождинским рыцарем, основал орден. Это было сто тридцать лет назад. Не так уж и давно. В тот же год родился Кейн.
Значит, я не ошиблась, когда предполагала, что господину Дуаттиссу больше ста лет.
– Погиб мой муж восемьдесят лет назад. Во время одного из небольших сражений его ранила ядовитая тварь. Он провел несколько дней в мучениях и скончался.