– Боишься? – спросил вдруг он.
– Не знаю, – честно ответила я. – Но меч придает мне уверенности. Как и мысль о том, что ты будешь там же где-то рядом.
Дверь в оружейную вдруг резко распахнулась, и вошла обеспокоенная Сина, обратившаяся к Кейну:
– Ты когда-нибудь слышал про Маяк?
– Какой еще Маяк? – не понял Кейн. Я тоже не поняла, какой имела в виду Сина, ведь их было несколько в морях и океане.
– Ру как-то отдала мне вещицу в виде летучей мыши с текстом, и я наконец смогла его перевести. Там говорится о Маяке в Цепи Рождения, не дающий заблудиться в ее тумане.
– Что-то такое припоминаю, кажется, – задумчиво произнес Кейн.
– Свет от него зажигается огненной частью Квадриптиха. Водная и воздушная порождают туман, а земляная служит проводником к силе Цепи Рождения. И при активации Квадриптиха именно огненная часть зажигается самой первой.
– Не может ли случайно быть такого, что я не просто породила связь себя и Квадриптиха, но и зажгла Маяк? – предположила с опаской я. Вот так из-за какой-то пьяной прихоти я могла повлиять на победу Арува. Но, с другой стороны, ничего никогда не происходит просто так.
– Может. Тут не сказано, что зажечь Маяк должен тот, кто собирается захватить Цепь Рождения, – ответила Сина. – К тому же, когда четверо людей захватили Цепь Рождения в войну между фэйцами и людьми, они делали это вместе, и силы их поделились пополам.
– Что с ними потом было?
– Они стали ненамного сильнее фэйцев, те их убили, а Цепь Рождения освободилась. Но чтобы их убить, потребовалась и вся магия, и ивурская сталь. Погибло тогда очень и очень много народу, пока фэйцы пытались ослабить эту четверку.
– То есть каждый из этих четырех людей привел в действие каждую часть Квадриптиха, и все получили силу Цепи Рождения? – судорожно размышляла я. – И если я зажгла Маяк, а Арув остальные части, я получу одну четвертую силы Цепи Рождения?
– Дал бы нам кто эти сведения заранее, – проворчал Кейн. – Но у него нет земляной части. Если бы он попытался выкрасть ее у Махур, от него бы не осталось и мокрого места.
– Что-то мне подсказывает, Аруву и три четверти хватит, – сказала Сина. – Но если нет, это дает ему повод убить не только Криса, но и тебя...
– Никто не умрет, – прорычал Кейн. – Если так, то ты, Руфина, останешься тут с Крисом.
На пороге вдруг показался гонец, неожиданно прибывший раньше времени, бледный и запыхавшийся. Лошадь его, наверное, была не в лучшем состоянии, чем он сам.
– От Гуинар пришло послание его величеству, что ждут нас и без четвертой части Квадриптиха Поглощающего Тумана, но с Кристианом Адхилем и двумя другими частями. Если вы прибудете без них, Гуинар сначала уничтожит Вилль и все южные поселения около него. Вилль уже оккупирован тварями, которые подчиняются Гуинар, поэтому эвакуация населения невозможна.
За спиной гонца я заметила Криса, стоявшего в дверях и тоже слышавшего это.
Кейн еще обсудил что-то с гонцом, отпустил его, а сам повернулся к Крису и уверенно сказал ему:
– Я не дам тебе пострадать.
– И я, – воскликнула Сина.
– Да вы издеваетесь? – вспыхнул Крис. – Моя жизнь не стоит тех невинных жизней и их дома. И где вероятность, что Гуинар уничтожит только этот город?
– Города тоже не пострадают, – сказал Кейн.
– Мы что-нибудь придумаем, – обещала я. В конце концов, надежда умирает последней.
– Если из-за меня пострадают сотни, а то и тысячи жизней, я не смогу спокойно жить, – возразил Крис. Сина подошла к нему, ладонями обхватила его лицо и заставила смотреть прямо себе в глаза:
– А я смогу спокойно жить без тебя? А наш ребенок? Что, если есть решение? – голос ее надломился.
– Родная моя, я не собираюсь умирать, – ответил Крис, обхватив ее руками. – Но я поеду туда, мы будем биться до последнего. Я, как и вы, не собираюсь допустить, чтобы мною пожертвовали ради всемогущества Гуинар, но если моя жертва убережет твой родной город и остальные поселения, я сделаю это. Пойду на эту жертву.
Сина зарыдала, уткнувшись в грудь Криса. Он поглаживал ее по спине и говорил:
– Не волнуйся, ребенок чувствует твою тревогу. Обещаю, я постараюсь сделать все, чтобы выжить самому, и чтобы Гуинар не заполучили всемирную власть.
Мне не хотелось, чтобы из нас кто-либо погибал и жертвовал собой. Да, это было бы правильно для мира, но я и представить не могла, что будет с Синой, если Криса принесут в жертву ради отвратительной цели. Но это заставило меня задуматься и о собственной жертве.
– Что, если и мне придется пожертвовать собой, чтобы погасить Маяк? – тихо спросила я у Кейна, но мой вопрос привлек внимание и Сины с Крисом.
– Мне вам обоим десять раз повторить? – злился Кейн. – Ни ты, ни Крис не погибните. Никаких, черт возьми, жертв своих самых близких людей я не допущу.