Так легко сказать, что просто надо делать, не думая ни о чем, не боясь неудач и осуждения. А ведь таких личностей на самом деле очень мало, кто на самом деле уверен в себе и своих действиях настолько, что продолжает двигаться после всех падений и слов других о том, что у тебя ничего не получится. Мне казалось, я смогу стать такой, но отсутствие веры в меня других, постоянная усталость и тяжелый физический труд меня подкосили.
Я обняла себя за плечи, пытаясь получить хоть какую-то поддержку, а горячие слезы стекали по лицу на плоскую лазаретную подушку. Мне даже стало все равно, если кто-то меня увидит в таком состоянии, хоть я и выглядела жалко. Кто-то из рыцарей наверняка бы сейчас посмеялся надо мной и сказал «я же говорил, ее надолго не хватит», а кто-то, в особенности женская часть обитателей Дождинского замка, проникся бы жалостью. А сама я что сейчас о себе думала? Что я трусиха и слабачка. Боюсь бросить вызов самой себе. Не делать жалкие попытки научиться чему-то, а начать настоящий путь в становлении воином.
Тогда точно ли отсутствие веры в меня других не дает мне двигаться вперед? Ведь если ты веришь в себя сам, этого должно хватать, а я сомневалась, что мне хватает веры в свои силы, но мне отчаянно хотелось обрести эту силу.
Все порой сомневаются в себе, и это нормально, но главное ведь помнить, ради чего ты идешь. Ведь это надо в первую очередь мне самой. Никто меня сюда насильно не тащил. Да, мое тело не готово быть рыцарем, я сильно отстаю от остальных, и это сильно задевает меня. А еще страхи и сомнения, ведь принцессу не учат стойкости и прочности.
Невозможно за один день измениться, став сильной ни физически, ни морально. Просто нужно время. Терпение. Трудолюбие.
Нет, я не сдамся. В моей крови, в моем сердце и самом моем существе я чувствовала этот искренний порыв стать воительницей. Дождинский замок это то место, где я должна быть, и ничего больше за всю мою жизнь не казалось мне таким правильным, как путь воительницы.
– Дорогая Адара, дай мне сил, – вздохнула я, обращаясь к богине огня, – той, кто наделил моих предков стихией.
Глава 13
Встала я с восходом солнца, часы показывали четыре утра. На улице еще была ночная промозглость, потому вместо рубашки я надела интересную кофту из черной плотной ткани, обтягивающую мое тело, со шнуровкой на рукавах и от шеи до груди. Привычные кожаные штаны на талии закрепила ремнем. Волосы собрала в высокий пучок. Глядя на себя в зеркало, я немного тосковала по красивым прическам, которые мне делали служанки во дворце.
Замок еще спал, кроме конюха и лошадей, встававших вместе с солнцем. Я вышла за пределы замка. На ботинках оставались капли росы, а меж деревьев пролегал туман, сквозь который просвечивали желтые лучи солнца. Со стороны конюшни слышалось редкое ржание, журчали ручьи. Я впервые в жизни по-настоящему наслаждалась ранним утром, пока делала разминку, чтобы проснуться. Не такую, как у рыцарей, после которой я уставшая лежала пластом, а легкую, для пробуждения своего тела. И после нее я отправилась на пробежку по лесу, плавную медленную. Где-то в кроне деревьев уже начинали щебетать птицы, лес просыпался, а туман рассеивался. Я вдыхала лесную утреннюю свежесть, чувствуя прилив сил и вдохновения.
Теперь я буду тренироваться усерднее и добавлять дополнительную нагрузку, только вот почему-то мне не хотелось, чтобы это кто-то видел, потому я и встала рано утром.
Когда я вернулась к замку, до общей тренировки оставалось еще полтора часа, и я вспомнила, что все рыцари делали медитации. Надо будет попросить Сину найти мне книги про духовные практики рыцарей и Криса рассказать о них. Прежде я ими пренебрегала, да и сейчас относилась с долей скептицизма, ведь не совсем понимала, что нужно делать. Пока сие занятие казалось мне слегка бесполезным, и кроме как сесть на краю пруда, закрыть глаза и вслушиваться в окружающие звуки, вдыхая свежую утреннюю прохладу, я не знала, что нужно делать. Но оказалось, и этого достаточно. Мысли свободно гуляли у меня в голове, переменяясь с одной на другую, пока я наслаждалась утренней природой. С каждым вдохом я все больше расслаблялась и начинала чувствовать внутри себя уверенность, как стержень или крепкий ствол дерева, который не пошатнешь ни одним ветром. В такой благодати злость, обида, ярость да и все другие взрывчатые неприятные чувства просто не могли задерживаться во мне.