Я не успела ответить, что хотела бы не только демонстрацию, но и обучение этому, как Крис сказал:
– Просим простить, сейчас у нас собрание, и мы не можем не придерживаться четкого распорядка. Но на ужине мы все с вами обязательно пообщаемся.
Все они направились в замок, а я осталась во внутреннем дворике, куда, на удивление, задувал ветер.
Мечи все оставили здесь, и я засмотрелась на привлекательный чем-то блеск металла, острые края, простые рукоятки. Трогать чужое я не собиралась, хотя мне хотелось узнать, как он ощущается в руке.
– Руфина? – услышала я чей-то голос позади и тут же обернулась. Две человеческие девушки примерно моего возраста, обе с золотистыми волосами, только прически разные – у одной коса, у другой туго стянутый пучок на макушке. Лица почти одинаковые, с весьма утонченными и миниатюрными чертами. Да и сами они миниатюрные, даже по людским меркам. Обе одеты в длинные темно-синие юбки и тонкие свитера с широким горлом, только разного цвета.
– Мы с вами еще не пересекались, но нам сказали, вы остаетесь у нас, – сказала та, что с косой. – Я Ви, это моя сестра Ми. Полных наших имен мы никогда не знали.
Я подумала о том, как бы не запутаться. На первый взгляд они обе казались очень закрытыми, холодными и сдержанными. Держать такие эмоциональные лица даже мы с братом с нашим дворцовым воспитанием не всегда могли. Хотя люди тем и отличались – более скудными чувствительностью и эмоциональностью.
– Очень приятно, – склонила голову Ми. – Если вам что-то понадобиться – одежда, еда, еще какая-либо хозяйственная помощь, обращайтесь к нам.
– Благодарю. И я всех предупреждаю, что не надо со мной обращаться, как во дворце, не зря я оттуда сбежала, – решила сразу сказать я им.
– Не поймите нас неправильно, – сказала Ми ангельским голосом. В отличие от Ви она картавила, и голос ее был чуть тише, чем у сестры. – Мы ко всем нашим гостям относимся с уважением и теплотой.
– Мы отправляемся на прогулку в сад за травами, не хотите с нами? – предложила Ви. – Вы уже были в саду?
– Нет, но с удовольствием прогуляюсь, – улыбнулась я и отправилась за девушками. При выходе они взяли заранее подготовленные две плетеные небольшие корзинки.
Если я не запуталась в Дождинском замке, сад располагался прямо вдоль восточного крыла, и почти сливался с лесом. Здесь деревья росли хаотично, но под ними разлеглись аккуратные ряды цветов и трав, между которыми лежали плоские камни, образовывавшие дорожку.
– Ступать следует строго по камушкам, – предупредила Ви. – Иначе ты или затопчешь очень важные растения, которые погибнут, или наткнешься на что-то ядовитое.
Сначала она, за ней ее сестра Ми, а следом и я начали аккуратно продвигаться по саду, перешагивая с камушка на камушек.
Мы остановились у плотных зарослей фиолетовых цветов, которые были мне по колено. Ви и Ми присели и начали собирать цветы, аккуратно срывая именно сами фиолетовые шапочки, оставляя стебли расти дальше. Что за цветы такие и зачем их собирали, я не знала, но захотела помочь. Правда, стоило мне протянуть руки к ним, как Ви тут же вскрикнула:
– Стой!
– Что такое? – отдернула я руку в испуге.
– Это криббть фирла, – ответила Ми. – Очень ядовитое растение, но мы используем его цветки в приготовлении разных противоядий.
– Интересно. Название такое сложное... А как вы его собираете, если мне его трогать нельзя?
– Магия стихии земли. Если ты тоже, можешь попробовать, но аккуратно.
– Нет, у меня магия стихии огня. Правда, скрытая.
Вот еще одна вещь, о которой я не догадалась подумать заранее. Микстура от магии, которую мне давали для ее подавления, как и многим детями фэйцев. Обе расы обладали магией природных стихий, но была разница. Люди могли подчинять себе определенную стихию – землю, воду, воздух или огонь, и имели второй облик. Ви и Ми, должно быть, как все земные, превращаются в кого-либо из животных. Чаще всего это волки, лисы и олени.
Фэйцы тоже подчиняли себе одну из стихий, но обладали и общей природной магией, не говоря уже о физической силе, обостренных органах чувств и долголетии. Из-за старинных соглашений магия фэйцев была гораздо слабее, чем раньше, а детям и вовсе давали микстуру, чтобы подавлять силу и не учить ею пользоваться.