До края города мы ехали молча, и лишь когда мы уже были на лесной дороге, Кейн тихо сказал мне над ухом:
– Я слышал, как ты меня предупредила о нападении той фэйки со спины. Спасибо.
– Я уже даже не помню этого, – призналась я. – Это тебе спасибо, ты меня дважды спас. От тварей в пруду и того фэйца.
– Это мой долг, принцесса.
Странно, прошло несколько часов с момента нападения, но меня все еще не отпускало чувство страха и позора, а вместе с ними и ощущение, что следовало бы вернуться во дворец. Еще более странно, что Кейн по этому поводу мне еще ни слова не сказал, это было очень на него непохоже.
– Я чувствую, ты хочешь что-то сказать, – произнес он в пол голоса.
– Я не понимаю, почему ты еще не упрекнул меня в трусости. Я показала себя с ужасной стороны, и с того момента меня не покидает мысль вернуться во дворец, домой. И если честно, я думала, ты сам меня после этого выгонишь.
– С чего такие мысли?
– Я ведь испугалась и сжалась, как котенок, которого собаки в угол загнали.
– Такой котенок может вырасти в проворного кота, который выцарапает глаза этим собакам.
Мы прошли через небольшую речку по мостику из веток, проложенному кем-то из ближайших деревень. Позади нас шли Торин и Ми, за ними Крис с Синой. Последние играли в словесную игру «угадай слово по описанию», а Торин и Ми тихо напевали какую-то песню. На наш разговор никто внимания не обращал.
– Я в свое первое нападение потерял сознание от страха, а когда пришел в себя, забился под какую-то повозку. Мне было одиннадцать. Я тоже считал себя трусом и недостойным стать воином. Тогда отец мне сказал, что в первый раз всегда сложно и страшно. Ты еще не уверен в своих силах, которые не наработал, еще не привык ко всему. И после такого у тебя появляется желание все бросить и запереться в самом защищенном безопасном месте на земле. Только если ты это сделаешь, будешь сильно жалеть, потому что пошел на поводу у страха против желания своей души. Потому со следующего дня я начал усерднее тренировать не только физическую силу. В медитации я стал морально себя готовить, что мне предстоит противостоять не только противникам, но и собственному страху. И в следующее серьезное нападение, когда мне было тринадцать, я засунул свой страх куда подальше.
– Даже поверить сложно, что ты когда-то боялся.
– Некоторых вещей я и сейчас боюсь, но не вступать в бой и защищать других. Тебя я ни в коем случае не виню за сегодняшнюю реакцию. Но с понедельника я лично берусь обучать тебя.
– Понедельник завтра, – напомнила я.
– Значит, завтра в девять утра встречаемся где обычно.
– Не в семь?
– Каждое утро после выходного дня мы начинаем позже. И радуйся, что я сказал тебе об этом, потому что хотел снова над тобой слегка поиздеваться.
– Вот так милость с твоей стороны!
Когда мы вернулись в Дождинский замок, у своей каморки я обнаружила белый конверт со светло-зеленой печатью и пририсованными рядом мечом и цветком с завуолированной в нем буквой Л. Такие письма отправляла только Лунетта, принцесса Травяного Королевства.
Помывшись и сменив повязки на ранах, я открыла письмо в надежде отвлечься от мыслей об утреннем нападении и Квадриптихе Поглощаеющего Тумана. Только я собралась прочитать первую строчку, как ко мне постучалась и зашла Сина с чем-то, прикрытым плотным шарфом.
– Я принесла тебе свиток о Квадриптихе Поглощающего Тумана. На всякий случай читай его в уединении, никому не показывай, кроме Кейна, ну и Криса, может.
– Ты даже не отдыхала после приезда? – поразилась я, бережно принимая свиток.
– Успею еще отдохнуть. Там, конечно, чего-то особо важного для нас не написано, но ты единственная за последние сутки имела дело с этой своеобразной скрижалью. Вдруг ты что-то почувствовала и вычитаешь это здесь?
– Спасибо, Сина.
– Ты в порядке? – задержалась она в дверях.
– Раны заживут. Рано или поздно... А в целом, уже успокоилась и приняла реальность. Это явно не последнее нападение, и в следующий раз я буду более подготовленной. – Мне показалось, я оправдывалась перед самой собой.
– Я верю, что ты сильная духом, Ру. И ты быстро справилась со страхом.
– Как выразился Кейн, я засунула его куда подальше. Сейчас надо думать о Квадриптихе и усиленных тренировках.