– Спасибо. Я могу туда пойти? Вы же меня так редко туда пускали.
– Я с тобой пойду.
Родовое Хранилище находилось на другом конце дворца на самом нижнем этаже подземелья. Вход в эту часть охранялся особым замком, который требовал каплю крови. Сильнейшая охранная магия, позволяющая открывать замок только членам семьи Ворн. Если же туда допускался кто-то посторонний, например, Фиби, мама давала каплю своей крови ей.
В хранилище, представлявшем собой зал со всеми драгоценностями и ценными вещами нашей семьи, всегда было темно, потому я зажгла фэйский огонь на своей ладони.
– Ты и магию пробудила! – воскликнула мама. – Ох, Руфина...
– Как же давно я здесь не была, – прошла я дальше, рассматривая стеклянную полку с фамильными украшениями. По другую сторону висело красивое оружие, часть из которого тоже было семейным наследием, а часть подарками от правителей других государств.
Свободной от огня рукой я провела по длинному мечу, рукоять которого была усыпана сапфирами, рубинами и бриллиантами.
– Это от короля Цифрии, – сказала мама. – А дальше – семейные мечи и клинки. Они принадлежат вам с Камиллом. Кто ж знал, что моя дочь станет одержима холодным оружием...
– Какие красивые, – рассматривала их я. Некоторые были с гравировкой, некоторые украшены камнями и особой резьбой. – Одного тут не хватает?
– Как не хватает? – удивилась мама, глядя на пустое место между двумя похожими кинжалами с одинаковым навершием с зеленым камнем и гардой. – Тут должно всего хватать. Может, Камилл взял? Схожу, позову его.
Пока мама ходила за ним, я рассматривала диадемы и короны, часть из которых принадлежала мне и которые я надевала крайне редко. Почему-то с древности фэйцы носили украшения на головы в знак своих власти и статуса только в особых случаях, а люди из правительственных семей носили их почти каждый день. Лунетта так точно всегда была в диадемах.
– Я не брал никакого кинжала, – услышала я доносящийся из коридора недоуменный голос брата. За ним шел Кейн.
Едва они вошли и увидели место, где должен висеть кинжал, Кейн тут же нахмурился и, поглаживая подбородок, произнес:
– Эти два кинжала очень похожи на тот, что нам подкинули. Возможно, это и есть пропавший.
– Но как? – не поняла я. – Сюда могут войти только те, в ком течет кровь Ворн.
– Я не посылал вам кинжал, – сказал брат.
– Мы с вашим отцом тоже, – добавила мама. – Кто-то влез сюда? Но как?
Мои мысли вернулись к моему преследователю, который мог проникать куда угодно, не оставляя никаких следов. Может, он правда умеет ходить через стены? Хотя зал охраняет сильнейшая магия, которая не подпустила бы никого даже через стены.
– Если тэхийцы с нами играют, – рассуждал Кейн, – они могли это сделать, ведь после нападения в Парке Перьев у них могла остаться твоя капля крови где-нибудь на клинке или одежде.
– Только непонятно, зачем им это делать, – недоумевал Камилл. – И звучит очень сомнительно.
Что-то в последнее время слишком много непонятного стало.
Глава 31
Вернулись мы в замок только к вечеру и, съев запоздалый ужин, отправились каждый к себе. В руках я несла коробку с тем, что забрала из дворца сюда, когда мимо прошла Сина.
– Вы только вернулись? Как все прошло, Ру? – спросила она.
Мы сели в моей комнатушке на кровать и я ей все рассказала, а она в ответ поделилась тем, что откопала в каких-то древних книгах немного информации о Квадриптихе:
– Любой, кто как-либо контактировал хотя бы с одной из частей Квадриптиха Поглощающего Тумана, будет как-то связан со всем этим артефактом, даже если просто держал в руках. Ты же...
– Да, я связала себя с ним своим огнем. То есть между нами точно должна быть связь, но я ничего такого не чувствую.
– Этому могут быть разные объяснения. Может, ты можешь чувствовать связь только вблизи, а может тэхийцы запрятали его так, что любая связь перестает чувствоваться.
– Одним богам это пока известно, – вздохнула я. – Почему это все такое секретное?
– По-хорошему, у нас не должно быть и этих книг. Когда-то уничтожали всю информацию о Квадриптихе, чтобы никто не захотел захватить Цепь Рождения, но всех книг не уничтожишь.