Лишь эпизод былых компаний:
Когорты славных генерал
Для единенья русских армий,
Врагом занятый, город брал.
Никак герои - гренадёры
Не одолеют ружей гром,
Чтоб разрешить с французом споры
Лихим суворовским штыком.
И генерал взял знамя в руки,
Команду сыну дал: ,,Ко мне!”
В огонь и дым под боя звуки
Пошли вперёд в льняной броне.
Отчизну грудью закрывая,
Ведут солдат в свинцовый рой
Отец и сын, два Николая,
Богатыри Руси святой.
Рванулись россы на французов,
Стяжать победу суждено.
Ведь впереди их ждёт Кутузов
И славный бой в Бородино.
- ,,Скажи мне, сын, потомок чести,
Зачем ты мной под знамя зван?”
- ,,Чтоб за Россию пасть нам вместе!”-
Ответил русский мальчуган.
__________
России верные сыны. (июнь-август 1993 г.)
Москва! Твой жертвенный огонь
В сердцах сынов, и русский конь
Копытом бьёт чужие тропы.
Любимый сын – Герой Европы!
У ног Париж, горит заря,
Багряный нимб вокруг Царя.
Его послушные лишь воле,
Полки гремят ,,Ура!” на поле.
Вот, он – венец похода славный.
Наш царь победу одержал.
И осеняет взор державный
Твою столицу, гордый галл.
К восходу обратив зеницу
С высоких черепичных крыш,
За Православную столицу
Ты ждёшь возмездия, Париж.
Вальхаллы* дивная картина
Открылась в утренних лучах:
Ты видишь россов властелина.
И грудь твою сжимает страх.
Чуть позади чья ретирада
Спасла от плена Русский край.
Не дремлет Божия награда:
Славян в Париж ведёт Барклай.
*страна героев викингов.
Совет вождей стоит в сторонке,
Их честь излишне представлять.
Когорта славных! Вас потомки
Веками будут прославлять.
Высоты увенчал рядами
Знамён славянских буйный лес.
Весь город в дымке, над полками -
Благословение Небес.
Подняли неба твердь штыками
Борея* грозные сыны.
Несут уланы с казаками
На пиках блеск Березины.
Где ранее грозили гунны,
Приводит в трепет Русский мир:
Несокрушимые драгуны,
Полки железных кирасир.
Грудь – гренадёры, бомбардиры,
Сыны достойные Петра,
Да воспоют ваш подвиг лиры,
Да будет их струна щедра.
Кавалергарды – исполины
Под сенью доблестных знамён.
Над ними дух Екатерины
Победных золотых времён.
*Северный ветер
Гусар летучих эскадроны,
Лишь честь да доблесть – их наряд.
Над ними Марса*, Вакха* троны,
Венеры* сладострастный взгляд.
Ну каковы! Прельщают око
Лихой отвагой удальцы,
Гроза Европы и Востока,
Степные соколы – донцы.
Сверкает грозная лавина,
Победной удалью горя,
Светловолосая дружина
Ждёт повеления царя.
И оградить тебя не сможет,
Не сможет дать примерный бой,
Орла уж больше не тревожит,
Вендеттой** вскормленный, герой.
Его светило догорает.
Российский штык – Господня плеть
Гордыню гения карает
И зверя загоняет в клеть.
В душе, победами растленной,
Устав России дать посмел.
В гордыне и Творцу вселенной
Не оставлял земной удел.
*боги войны, вина и веселья, красоты и плотской любви.
**месть по-корсикански..
Всевышний покарал гордыню,
Пославши с Севера орла.
И весь удел его отныне:
Средь мрачных волн одна скала.
Где нам, в преддверьи подземелья,
Оставит свой последний штрих,
Мол: ,,Изнываю от безделья,
А мир устал от дел моих.”*
Но обнажённою красою
Наш Государь не восхищён,
Глаза наполнились слезою,
Он мрачной думой поглощён:
,,Я шёл к тебе, столица мира,
Не над тобою суд вершить,
Честолюбивого кумира
За боль Европы сокрушить.
За казнь невиннейшего брата
С гранитных берегов Невы
Низвергнуть с трона супостата
Я клялся пламенем Москвы.
Плачь, Франция, печаль велика:
От войн, террора, русских стуж
За казнь лихую Людовика
Загинул каждый третий муж.
*слова Наполеона на острове Святой Елены.
К ногам ты пала проходимцев,
Позволила себя терзать.
Жестоко за своих любимцев
Умеет Небо наказать.
Культуры вмиг срубили древо:
Руками грязных дураков
Здесь жёнкам вспарывали чрево,
Ища зародышей врагов;
Невесту к жениху вязали
И, в знак священных брачных уз,
Несчастных в омуты бросали,
Благословляя их союз.
Дитя свободы – гильотина.
Не искушай свою судьбу:
Коль нагло рубят господина,
На что ж надеяться рабу?
Нести кровавую зарницу
В удел соседей взял азарт.
И путь в Версальскую светлицу
Пробил картечью Бонапарт.
Побед коварная дорога:
Наглец уверовал в судьбу
И, прослужив тебе немного,
Тебя же обратил в рабу.
По триста тысяч царству теней
Платил годами континент.
Ужасен сколь оброк твой, гений,
Ужасен сколь твой постамент.