Обитель чародейки.
Ксиф приготовился лететь в бесконечную бездну, но чувство свободного полёта резко прервалось. Со всего размаха он рухнул на голубой пушистый ковёр. Следом за ним из чёрной бездны портала вышла чародейка, сняла на ходу перчатки и бросила их на столик из голубого мрамора с причудливыми деревянными ножками в виде рыб с крыльями.
- Добро пожаловать в мою обитель, Ксиферриан, - сказала чародейка, даже не глядя на наёмника.
Она подошла к зеркалу в серебряной оправе с голубыми драгоценными камнями, висящему на стене, и протянула руки вперёд. Сверху и снизу от рук появились левитирующие туманные облака. Из верхнего облака полилась хрустально-чистая вода, которая, стекая с рук, исчезала в нижнем облаке. Ксиф аж замер от увиденного волшебства и красоты окружающей обстановки. Вся комната была залита ярким солнечным светом. Легкий ветерок, влетающий в высокие арочные окна до пола, шевелил нежнейшую ткань невесомых штор. В комнате пахло морем и... орхидеями с голубикой. После "Гнилой рыбы" комната казалась благодатным божественным чертогом. Белый мраморный пол укрывали пушистые голубые ковры. Уютный диванчик с резными деревянными ножками, укрытый мягким пледом, приятно гармонировал с окружающей обстановкой. Стеллажи с книгами, комод с резными ящиками, стол с разноцветными пробирками, зеркалами и порошками - всё это создавало уют и выглядело по-королевски роскошно.
Домыв руки, чародейка пару раз ими встряхнула и вытерла о белоснежное полотенце. Она дотронулась до подбородка и... стала медленно тянуть, снимая лицо.
Ксифа охватили удивление и ужас, смешанный с любопытством от происходящего. То, что уже оторвалось заволокло белым туманом, оставшееся - отрывалось с большим трудом. Отлепив почти всё лицо, чародейка скинула его назад вместе с волосами, как какой-нибудь капюшон, который сразу исчез в блуждающем тумане.
На месте прежних прямых чёрных волос красовались платиново-белые волнистые локоны. Ксиф был заинтригован и смотрел, не моргая, чтобы не пропустить тот момент, когда чародейка повернётся и покажется свой истинный, наверное, лик. Чародейка не заставила себя долго ждать.
Она повернулась и начала свой инструктаж. Но Ксиф её не слушал, он во все глаза рассматривал юную девушку с нежной и невинной красотой, от прежней внешности остались только яркие сапфировые глаза. Лицо было красивым, добрым тёплым, родным. Хотелось ей верить, хотелось её защищать и бесконечно на неё смотреть.
Поняв, что наёмник не услышал ни одного сказанного слова, чародейка нахмурилась.
- Ксиферриан, давай посерьёзнее. Времени мало. Дел много. Работу выполнили и разошлись. - для убедительности она пощёлкала пальцами перед лицом Ксифа, вырывая его из плена её внешности.
- Зачем ты прячешь своё лицо? - как во сне спросил Ксиф.
- Во-первых, осторожность не помешает. Врагов я нажила достаточное количество за долгую жизнь. - чародейка начала привычно пальцы загибать. - Во-вторых, ко мне перестают относиться серьёзно, это очень мешает в работе и жизни. В-третьих, ментальность даёт свой отпечаток на внешности, конструктивного диалога не получается, мозги у собеседника растекаются, как мороженное на солнце?
- Мороженное? - спросил Ксиф, выплывая из навязчивого состояния.
- Ну... или масло.
- А что такое мороженное?
- Холодное сладкое молоко, - вкратце описала лакомство чародейка.
- Фу, - сказал Ксиф и, немного подумав, спросил, - А как тебя зовут?
- Ментальная Чародейка Четвёртого Круга Рохиссана Уйнех Вион Виэйна Торре.
- А как поласковей тебя называть? - начал прифлиртовывать Ксиф.
- Ментальная Чародеечка Четвёртого Круга Рохиссана Уйнех Вион Виэйна Торре.
Ксиф ухмыльнулся.
- Можно тебя называть Хис?
- Можно, - от нового имени аж передёрнуло чародейку, - не думаю, что мы ещё когда-нибудь увидимся, так что называй как хочешь. Времени нет. Перейдём к делу.
Чародейка прошла мимо Ксифа, сделав знак следовать за собой.
Сквозь арочный дверной проём уже показалась другая комната, но она не успела удовлетворить любопытство Ксифа. Чародейка резко остановилась около странной картины. На ней был изображен зимний пейзаж и озеро, покрытое льдом. По периметру озера из-под воды возвышались высокие ледяные колонны. Между ними на солнце поблёскивала едва заметная сеть. В центре озера возвышалась глыба серого льда.
- Это тюрьма. Предупреждаю сразу, Ксиферриан, умру я - умрёшь и ты. Без меня не войти, без меня не выйти оттуда. В твоих же интересах меня не терять. Даже если что пойдет не так, и мы там погибнем - та тварь, что там обитает, не убежит из заточения. Если там тебе оторвут руку или ногу, не переживай - я помогу её вернуть, если голову - я не успею тебя доставить достаточно быстро до лекарей, поэтому голову не теряй... во всех смыслах.