– Вот черт… Ладно, я сяду справа.
Они медленно пошли вдоль платформы, слушая, как рельсы гудят при приближении поезда. Они уходили все дальше от здания вокзала, и толпа вокруг становилась все менее плотной. Многие пассажиры подошли ближе к краю платформы.
Состав въехал на вокзал, скрипнули разогретые лезвия колес. Холодный воздух наполнился запахом резины от тормозов.
Лудивина заметила в самом конце платформы одинокого человека: он сидел на последней скамейке, не сводя напряженного взгляда с кабины машиниста.
Девушка нашарила руку Сеньона и как можно более незаметно схватилась за нее ладонью.
Это лицо она бы узнала из тысячи.
До сих пор он был для нее лишь фотографией в деле. Но сейчас Абель Фремон сидел прямо перед ней, всего в двадцати метрах.
69
До спецназовцев, сидящих в кабине «Порше Кайен», не доносилось почти никаких звуков извне. Они молчали, сосредоточенно наблюдая за своей целью. «БМВ» ехала прямо перед ними, по скоростной полосе.
Головная машина довольно сильно оторвалась от всей группы, чтобы при необходимости перекрыть дорогу – в случае, если «БМВ» вдруг соберется свернуть с Кольцевой. Террористов необходимо было удержать на шоссе. Сейчас вся группа ехала по почти прямому участку, с обеих сторон от шестиполосной дороги высились толстые стены: они смогут защитить фасады ближайших домов от случайных пуль.
Руководитель группы приказал водителю:
– Догони их и пристройся справа. Нам надо поравняться с ними.
Урчал мотор, готовый в любой миг резко набрать обороты, но водитель пока щадил педаль газа. Он слегка надавил на нее, и машина скользнула вперед по асфальту, оказалась на уровне Х5.
План уже ввели в действие, были мобилизованы сотни полицейских: они блокировали все ближайшие выезды на Кольцевую, чтобы освободить дорогу. Еще дальше впереди полностью перекрывали другую сторону Кольцевой, чтобы по ней нельзя было проехать в противоположную сторону. Комиссар Марк Таллек из ГУВБ подтвердил по рации, что его фургоны заняли позиции перед движущимися по Кольцевой машинами и замедляют движение, чтобы отделить террористов от мирного населения. Полицейские не могли убрать с дороги лишь автомобили, ехавшие прямо перед «БМВ».
Оставалось правильно выбрать момент.
Как только они выедут на пустую часть Кольцевой, террористы поймут, что их окружили, и нанесут удар. Но действовать раньше, не достигнув безопасной зоны, никто не собирался. Все следовало скоординировать точнейшим образом, в распоряжении спецназа имелся участок длиной всего несколько сотен метров.
За окнами мелькали дорожные знаки. Между «Порше» и «БМВ» протискивались ни о чем не подозревающие мотоциклисты.
– Ну и? – бросил руководитель группы программисту на заднем сиденье.
– Я еще не вышел на их блютус.
– Торопись.
– Я стараюсь, но сигнал до меня не доходит.
Руководитель группы заметил посреди выезда на Кольцевую грузовик, якобы попавший в аварию и перегородивший всю полосу. По крайней мере, полиция не действует в открытую. Он скрестил пальцы в надежде на то, что террористы еще ни о чем не догадались.
«Еще две минуты. Всего две минуты», – умолял про себя руководитель группы.
Окна «Порше» были сильно тонированы, так что снаружи нельзя было рассмотреть пассажиров автомобиля. Правда, тонировка мешала обзору. Окна «БМВ Х5», рядом с которой ехали спецназовцы, тоже были слегка тонированы, и разобрать, что происходит в машине террористов, было почти невозможно.
– Они двигаются, – сообщил водитель. – Не знаю, что именно они делают, но они там двигаются.
– Может, заметили, что выезд перекрыт, а движение навстречу редеет? Циско, что там блютус, сигнал доходит?
– Все не так просто, шеф, надо подъехать как можно ближе.
Приблизиться к террористам еще сильнее, не привлекая внимания, казалось невозможным. Машины ехали бок о бок, их разделяло не более полутора метров.
– Есть! Поймал! Готовьтесь!
ГВНЖ получила у компании «БМВ» все проектные коды доступа. Теперь специальная программа поймала сигнал блютус из машины террористов и проникла в информационную систему «БМВ».
– Я на месте, – сообщил Циско. – Но сигнал может в любой момент оборваться, действуем прямо сейчас, или я ничего не гарантирую!
– Только когда окажемся в безопасной зоне! – скомандовал руководитель группы.
Выбранный для операции участок Кольцевой следовал за туннелем – чтобы террористы ничего не заметили заранее.