— Нет, Начальник. Это оказалось куда сложнее, чем я ожидала. — Скорбно соврала Дэнтон, хотя могла сказать честно, что я негодяй и самодур, извожу её и вообще причина капитуляции.
— Мне нужна твоя помощь. — вклинился я.
— Спасибо Эрик, но я уже решила. — Дэнтон упрямо стояла на своём.
Начальник, очевидно, не хотел её отпускать. Пока Спекулянтка накидывала верхнюю одежду, Коб злобно постукивал пальцем по столу и подмигивал, призывая меня действовать решительно. Я устало закатил глаза.
— Нет. Ты не уходишь. — сдавшись, проговорил я, и преградил ей путь у двери.
— Вы в своём уме? Дайте пройти!
— Дэнтон. — прозвучало настойчиво, — Та вещь вчера. Она откликнулась на призыв. Это “зов”. Это был зов, понимаешь? — нарочно уточнял я.
Судя по лицу, сказанное её мало волновало. Она безмолвно требовала уйти с дороги. Неужели я настолько плох в убеждении, что девчонка даже бровью не повела? Или хотела особенных уговоров?
Я отступил, отрывисто поклонился и даже любезно открыл ей с размахом дверь, которая вновь смяла все жалюзи.
Видя мою очевидную неспособность вести переговоры гуманными способами, Коб проговорил ей вдогонку:
— Может, ещё подумаете, мисс Дэнтон? — девчонка замерла на пороге. — Можно уйти в любой момент.
Твёрдого характера в ней мало, сужу в разрезе вчерашней ситуации, да и знаю на собственной шкуре начальнику трудно сопротивляться.
Она без особого желания согласилась.
Раз подвернулась возможность, Дэнтон могла и должна была нажаловаться на моё некрасочное поведение и потребовать от меня соблюдения субординации и профессиональных отношений, но промолчала. Выбрала избегать зрительного контакта, да и, в принципе, любого другого.
С её обидами я заочно знаком. Они недолговременные.
Средь миллиона цветастых бирок с номерами невпопад я искал ключик от своего кабинета. Вахта — место странное. Пространственное. Возможно здесь портал в небытие, ибо как в такой крохотной комнате вечно что-то терялось?
— 704, 705, 315?…708. Где 707?
Девчонка неприкаянно сторожила дверь снаружи, нелюдимо, сложив руки на груди, то и дело, шарахаясь проходящих полицейских и здороваясь со всеми представительницами женского пола.
— Что-то потеряли, Мистер Александер? — донёсся скрипучий голос невысокой старушки в жилетке кисло-жёлтого цвета.
— Пенелопа? Моя спасительница! — с улыбкой произнёс я, когда в каморку шумно вошла вахтовая с коробками. — Подскажи, где ключ от моего кабинета?
Она оглядела меня, оценочно приподнимая бровь, и, без особого желания, поманила пальцем.
Ключ оказался у складского рабочего. Мы теряли драгоценное время, выискивая его по лабиринтам бюро. На вопрос “почему ключ у складского?” ею устало был дан ответ:
— Уж извините, вы сами сказали, что это не кабинет, а умиральная яма. Вот мы и сбагриваем сюда макулатуру до передачи в архив.
— Я так сказал?
Вахтовая умело “повоевала” с дверью, раскачав её то вниз, то вверх за хлипкую ручку, и кабинет с протяжным скрипом открылся.
— Ключ заедает. Петли надо смазать. Ручку прикрутить. И кондиционер не пашет. — прокомандовала она, вручая мне ключ от кабинета. — Здесь не хватает женской руки, — теперь оценочному взгляду подверглась и Дэнтон, — да и мужской тоже. Позже ненужное вынесут. — по-хозяйски выдала старушка и оставила Дэнтон и меня в темноте. На такое явное пренебрежение девчонка фыркнула и встрепенула плечами.
Новым испытанием стало пробраться к столу сквозь завалы коробок. Я наспех перекидал их на шкафы и тумбы и, наконец, добрался до выключателя.
Лампа неприятно пискнула и моргнула, осветив запыленный небольшой кабинет.
— Так вы серьёзно? Уверены, что это “зов”? — неожиданно, с неким недоверием, она задала вопрос.
По мнению Дэнтон, я мог бы специально выдумать воображаемый ритуал, чтобы удержать её?
Она брезгливо прошла в кабинет, наблюдая, как я опускаю жалюзи.