— Эй-эй. Полегче, ребята. Мы же работаем. Сагал продолжай.
Он оттянул меня обратно к месту. Девчонка нагло ухмыльнулась, и, положив руки по обе стороны от заготовки ладонями вверх, уставилась в зеркало через свечу, надолго замолкая.
Я смирил гнев глубоким выдохом. Проходящие мимо кабинета сотрудники озирались на нас как на умалишённых, что приходилось отгонять их силком. Оно и ясно. Это не ритуал по усилению. Что это вообще за дичь? От ритуала здесь только слово. Я нахмурил брови и, наверное, натёр подбородок до дыр, из последних сил напрягая извилины и перебирая множество и множество ритуалов, стараясь связать этот хоть с одним из изученных или виденных ранее.
— Что-то не так? — меня потревожил Риччи.
Я лишь грозно покосил на него взгляд, потому как не он один в замешательстве. Кто она такая? Откуда может знать то, чего не знаю я?
Готовился я к худшему, пока Дэнтон не начала говорить:
— Дагмара? Дагмара Рейтор…?
"Перекрёсток судьбы"
“Трёхтомье” — обширный труд, состоящий из трёх частей. “Кодекс Ритуалов”, содержащий подробные описанием церемоний, в том числе и запрещённых. “Кодекс Ведьм”, свод законов и клятв для эсперов. “Кодекс Инквизиции”, свод законов для инквизиции, полномочия, разрешённые меры пресечения и наказаний для эсперов.
— Здравствуйте. — после короткого стука, дверь приоткрыли — Я главный следователь Александер. Мисс Рейтор, не найдёте время ответить на несколько вопросов?
— Конечно.
Нас с Дэнтон встретила женщина среднего возраста. Высокая, с впалыми щеками, глазницами и чрезвычайно худая. Седеющие волосы подвязаны позади в тугой хвост, сплетены в косу и закручены на затылке. Скромное платье в пол говорило о небогатой жизни, но пояс на талии, туфли в цвет ремня, аксессуары на запястьях и пальцах выдавали в ней ценительницу антиквариата и человека со вкусом, хоть и странным.
Я показал ей удостоверение, и грозное лицо мисс Рейтор смягчилось. Она натянуто изобразила приветливую улыбку и пригласила нас в небольшую квартирку.
Гостевая комната крошечная, с окнами, выходящими во двор. Достаточно уютная и светлая. Обустроенная массой стеллажей с чудаковатым содержимым: в одном разного размера, цвета, материала и формы колокольчики; на следующем в ячейках ракушки, минеральные камни, кораллы.
Женщина дожидалась нас у обеденного стола в центре, провожая настороженным взглядом Дэнтон, которая беспардонно двинулась к тем самым необычным полочкам.
Я застопорился при входе в гостиную, увидев несуразные механические часы с устрашающей резанной из чёрного дерева совой. Клюв и крылья распахнуты, будто она стремительно целилась напасть на жертву; и издавали эти часы глухое тиканье, словно удары тяжёлым молотком.
Жуть, вешать нечто громоздкое, уродливое и громкое в такой светлой и скромной гостиной. Помимо тиканья, звенели у окна китайские ветряные колокольчики. Они содрогались и приходили в пляс от неожиданного порыва ветра, создавая высокое многозвучие.
— Вы сдавали квартиру постояльцу по имени Маркус? — спросил я, вырываясь из-под гнёта летящей совы.
— Да.
Мисс Рейтор ответила без малейшей запинки.
— Когда видели его в последний раз? — я приготовился записать в блокнот дату.
— Когда он был ещё с головой.
Поток ветра подождал верный момент, и колокольчики зазвенели. Мы с Дэнтон, не готовые к шуму, дрогнули.
Я оторвал глаза от бумаги, лицо мисс Рейтор по странному ничего не выражало, лишь черты заострились. То ли от освещения, то ли от напряжения.
— К чему это уточнение?
С опаской я задал вопрос, метнув взгляд на Дэнтон, которая своевольно от меня отдалилась. Мы что заскочили к бабушке на обед? Сколько раз ей надо сказать, что мы расследуем у-бий-ство? Чтобы в её голову втемяшилось правило ходить подлое меня? Накинься Рейтор на девчонку, я окажусь в самом проигрышном положении!
Я затарабанил ручкой по пружинке блокнота, стремясь привлечь внимание девчонки, но, кажется, только выдал своё волнение нашей подозреваемый.
— К тому, что это я нашла Маркуса в подвале и вызвала полицию. — прямо ответила мисс Рейтор, свободно сложив руки перед собой.