Мне показалось? Я не услышал в её голосе дрожи и подозрительных пауз. Мимика оставалась сдержанной, а тело расслабленным, выдавая всем видом такое спокойствие, которое могло быть у человека непричастного к случившемуся.
Я подумал, что уж больно Рейтор походила на Дэнтон неким двояким скользким поведением. А чёртова девчонка, вместо того, чтобы считывать подозреваемую на предмет вранья, игралась с безделушками на стеллажах.
— Вы подозревали об убийстве? — я поднял глаза на маятник в часах, который надоедливо занимал моё внимание ритмичным покачиванием.
— Догадывалась.
Рейтор юлила. Волнение в ней разогревала Дэнтон, изучающая взглядом те самые часы с пикирующей совой под потолком, а не вопросы.
— Отвечайте, пожалуйста, детально и развёрнуто, мисс Рейтор. Мы расследуем убийство.
— А я подозреваемая?
— Отвечай на вопрос. — понизив голос, ворвалась Дэнтон, со стуком возвращая колокольчик на законное место.
Я ранее не видел её такой враждебной. Да и к кому? К безобидной старушке?
— Как вы нашли меня? Я не оставляла контакты. — затараторила мисс Рейтор.
— Я нашла. — продолжала девчонка, направляя свой взгляд хищной птицы на Рейтор.
— Ты?
Я бы сказал, что в заданном вопросе мисс Рейтор почти отсутствовало что-либо грубое, однако Дэнтон уловила нечто оскорбительное, или, иную эмоцию, которая могла вызвать в ней столь открытую агрессию.
— Я отследила тебя. Да. — шагнула к ней Дэнтон.
— Отследила? — попятилась Рейтор — И как же?
— Очень просто.
Дэнтон вся натянулась. Она, не отрывая глаз, прожигала насквозь мисс Рейтор, а та, в свою очередь, оробела.
— Ты же трибунал. — проговорила Дэнтон, растянув зловещую ухмылку, и женщина сжалась, будто оказалась полностью безоружной. Атмосфера повисла страшно гнетущая. И я считал себя тем, кто обязан её смирить.
— Дэнтон, — протянув руку, я остановил девчонку на подступе к женщине, — угомонись. — попросил я вежливо.
— Вы, следователь, знаете с кем водитесь?
— Знает! — Спешно перебила Дэнтон. — Не тяни наше время. — продолжала она, ощетинившись. Женщина нехотя начала говорить.
— Накануне Маркус правда приходил ко мне. Мы выпивали чай.
— Когда? В котором часу?
— В среду, около пяти или шести вечера. — я записывал. Среда. Как я и полагал.
— О чём вы говорили? Было что-то странное в его поведении?
— Он жаловался на бессонницу. Что за ним следят. Говорил, видит чьи-то большие глаза во тьме с пустыми зрачками.
Мы с Дэнтон переглянулись.
— Какого рода отношения вас связывали?
— Мы были приятелями. Он добрый человек. Со мной рядом ему становилось легче.
— Маркус предполагал, кто мог за ним следить? Имена? Фамилии? Приметы?
— Нет, но уверяю вас, это точно эмпат. Очень сильный. Я бы сказала выдающийся.
Мисс Рейтор покосилась на Дэнтон. Съёжилась и сильнее укрыла плечи накидкой.
Колокольчики вновь колыхнулись. Их мелодия отзывалась в голове, и я невольно приложил ладонь ко лбу, пытаясь переждать их оглушительный звон.
— Так вы… так вы полагаете, что убийца мог быть эмпатом?
— Убили его точно не просто так. Я уверена! — начала Рейтор, подаваясь ко мне, — Маркус был трибуналом. Всё ради нашей силы! Из-за нашей ценности!
— Хорош трепаться! — нетерпеливо выкрикнула Дэнтон, сведя брови на переносице, и мисс Рейтор вздрогнув, в ту же секунду замолчала.
— Эй? — я рявкнул на девчонку, пряча перепуганную женщину за собой.
Я просто поражён! Вздумала запугивать свидетелей?
— Может ты не будешь мешать мне работать? Либо сейчас отправишься в машину!
Она не удостоила меня взглядом. Да и плевать! Главное заткнулась. Разгневанный выходкой Дэнтон и уставший от тяжёлого тиканья часов и оглушающих колокольчиков, я вернулся к подозреваемой с желанием поскорее закончить опрос.