Чем глубже я погружался, тем слаще становилось восхождение. Раньше, до неё, я держался на плаву в бескрайнем море в страхе утонуть, а сейчас, задерживая дыхание, позволял глубине забрать меня. Не видя дна, я зачарованный тянул руки достать до него, гребок, ещё гребок, ещё, а лёгкие поджимало к рёбрам. Сладостно, когда пальцы касались дна, и когда я, оттолкнувшись, спешил на поверхность, предвкушая долгожданный вдох, сладостен и первый глоток воздуха.
Будильник Дэнтон настырно пробивался сквозь сон. Тело отозвалось приятной расслабленностью и лёгкостью, будто заново родился. Даже свет с улицы не доставал. Неужели я наконец-таки выспался?
Я потянулся за телефоном, но не смог двинуться, из-за настырного одеяла. Причина его настырности – спящая на нём Дэнтон. Всё-таки одеяла нам не поделить. Она знакомо заточила своё в крепкие тиски хрупких рук.
Зашуршала простыня, я придвинулся к ней, за малым, не касаясь лбом лба, и надеялся уснуть ещё ненадолго.
Будильник на мобильнике Дэнтон вновь запел, как только я укутался. Мефи навестил нас, высказывая недовольство ранним пробуждением. Я приманил его. Мы пободались. Устроились ближе к его хозяйке.
Я подтолкнул дверь “завертью”, чтобы “победить” ненавистный будильник с первого этажа. Прилёг на подушку. Закрывалась дверь медленно и с противным скрипом. Вскоре защёлка окажется в выемке. И я продолжу лениться в постели подле неё. Вот бы длилось это как можно дольше.
Щелчок.
"Жатва Феникса"
Я ждал Дэнтон на крыльце дома, пряча уши и нос в ворот дублёнки, чуть подрагивая от мороза. На город опустились серые громоздкие тучи. Срывались крупные хлопья снега на крыши проезжающих машин. Ветер подталкивал снежинки лёгким дуновением к лицу, и они тотчас таяли о тёплые щёки. Температура за ночь резко упала до -5.
Хвалёные синоптики не предугадали ловкий “финт” природы, на что я всё утро понедельника надоедливо бурчал Дэнтон о предстоящем гололёде. Как понять, что никто не готов к холодам? Скользкие дорожки и порожки.
Выйдя из машины на парковке перед бюро, девчонка еле сохранила равновесие. Не долго думая, я подскочил к ней и предложил локоть.
— Давай сюда руку, а то ноги или каблуки свои переломаешь.
— О, не волнуйся. — она уцепилась в плечо, и мы начали ползти к входной двери мелкими шажками. — Каблуку всегда есть замена, не зря же ты рядом.
Мы покривлялись, и я подёргал пушистые рукава на её пальто.
Дэнтон чудаковатая и… самобытная, что можно списать на забавность характера.
К примеру, она не могла начать трапезу, пока не отыщет свою любимую вилку (замечу, вилки у меня одинаковые). Дэнтон упорно перебирала каждую, долго рассматривая под проходящим светом, и, если какие-то воображаемые критерии чудом сходились, мы, ура! приступали к еде. Но если, ужасным велением, выходило так, что любимая вилка находилась у меня во рту, она без капли отвращения её отнимала, а мне вручала первую попавшуюся. Забавно? Безумно!
Или другой пример. Если Шельме что-то взбрендило в голову – решить необходимо здесь и сейчас! В такие моменты Дэнтон становилось крайне властной, напористой, нетерпеливой и непробиваемой. Мне с нелёгким характером приходилось кровью настаивать на своём.
Спорили мы будь здоров! Последний раз так орали, что соседи стучались в двери. Тема, отнюдь, небезобидная! Кодекс, часть 3, раздел 32, глава 17, пункт 3.: “Закон о чистоте и морали использования магии”. С пеной у рта она настаивала, что за использование эмпатом чёрной магии во благо, скажем, спасение жизни, – смертная казнь не оправдано суровое наказание. Я стоял на своём. Чёрная магия подразумевала жертву. А жизнь за жизнь – хреновая догма! Сошлись на том, что нужно рассматривать каждую ситуацию в каждом конкретном случае, и от этого выбирать наказание.
И вишенка, которую я уложил на вершину торта совсем недавно, когда уломал девчонку посмотреть ужастики с магическим контекстом. Дэнтон становилось ЖУТКОЙ душнилой и комментировала каждый шаг героев. И фраза: “это фильм и выдумка” не действовала! Приходилось в буквальном смысле затыкать ей рот. А один раз даже на весь фильм! Ладонью! Но я догадывался, что ей приятно, когда я приобнимал её так невзначай.
— Молодёжь!
С другого угла парковки нас догонял Коб, разодетый в пуховик и шерстяную шапку, видно дело заботливых рук миссис Коб.
— Начальник, ты знал о заморозках? Когда успел шины поменять?
Он доковылял к нам и предложил локоть Дэнтон с другой стороны.
— Жена настояла. Чёрт знает, как догадалась! А вы чего такие весёлые и на работу?