В кадре появилась сильно хромающая Марго в камуфляже — на коленях и локтях защита, на трехтактном ремне подвешен небольшой автомат с глушителем «9а91», из набедренной кобуры выглядывает рукоять пистолета Ярыгина. Волосы убраны под тактический шлем натовского образца, на лице усталость, в глазах решимость. В руках две веревки с петлями на концах.
— Военно-полевой суд в моём лице установил вину этих поросячьих выкидышей, — глядя прямо в камеру сказала Марго, — они сбили вертолет, в котором погибли российские офицеры. Суд приговорил их к смертной казни через повешенье. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит! Привести в исполнение немедленно!
Марго зашла за спину одного из боевиков и, быстро накинув ему на шею петлю, другой конец зацепила за какой-то крючок повыше. Заработала лебедка, петля затянулась, у боевика вылез язык, и глаза полезли из орбит, хрустнули позвонки, он еще подергался несколько секунд и затих.
— Нет, не надо! Только не ты, только не так… — стрелок из ПЗРК заверещал на арабском, — не…
Пётр хотел мне что-то прокомментировать, но я поднял руку, дав понять, что и так понимаю что к чему.
Марго затянула на шее петлю и опять заработала лебедка. Через минуту всё было кончено.
Она выключила телевизор и, устало откинувшись на спинку дивана, закрыла глаза.
— Я прилетела сегодня ночью! Появилась бы раньше, но надо было закончить кое-какие формальности, и еще кое с кем очень обстоятельно побеседовать. Для меня, да и для вас всех очень важно, чтобы вся мозаика сложилась в один рисунок. Дайте воды попить! Маргарита протянула руку, не открывая глаз.
Пётр открыл бутылку минералки, налил воду в стакан и протянул Марго.
— Спасибо! Так… сейчас о формальностях! Я побывала на месте падения вертолета, всё там внимательно осмотрела, хотя смотреть там было особо и не на что! Вертолет перевозил большое количество взрывчатки и боеприпасов. При падении всё это сдетонировало. Взрыв был очень мощный. Нагнали солдат, всё там пропесочили под гребенку, нашли незначительные фрагменты тел, самый крупный из которых это ухо! По прилету в Москву все образцы сдали в нашу лабораторию на экспертизу ДНК, и здесь появилась первая небольшая странность. Образца ДНК Иван Сергеевича в нашей лаборатории почему-то не оказалось, хотя точно знаю, что он их туда сдавал.
Она открыла глаза и многозначительно посмотрела на меня.
— Еще одна небольшая странность, вертолет сильно отклонился от заданного маршрута, примерно на пятьдесят километров южнее.
Теперь Марго посмотрела на свои руки — они немного дрожали.
— Это от усталости, — тихо произнесла она, затем продолжила: — Я поговорила со всеми, кто видел погрузку в этот транспорт, и все утверждали в один голос, что генерал Смирнов точно залез в этот вертолет одним из первых. Даже есть запись на видео в подтверждение этому! Был там один почитатель, решил заснять на видеокамеру легенду. Ну вот, собственно, и всё! Похороны всех пятерых в братской могиле ровно через неделю.
В гостиной повисла гнетущая тишина. Каждый был в своих мыслях и воспоминаниях об отце, друге и наставнике.
— Спасибо тебе, девочка, отомстила за нашего старика, — проговорила Тамара Павловна, вытирая платком слёзы.
Пётр не говорил ничего. Стиснутые челюсти, прищуренный взгляд и сжатые кулаки красноречиво говорили о его состоянии. Марго расслабленно сидела на диване, запрокинув голову и закрыв глаза.
Я же сидел с мокрыми глазами — нет, я не оплакивал отца, чувствовал, что он жив-здоров, и с ним всё в порядке, просто меня растрогало отношение этих сильных и мужественных людей к нему.
Преданность Марго, бросившаяся сломя голову мстить не в самое безопасное место в нашей стране, даже несмотря на то, что у нее у самой семья и двое несовершеннолетних детей. Пётр, не находивший себе места эти несколько дней и проклинавший себя за то, что не смог воспрепятствовать отъезду отца и не улетел вместе с ним в эту, никому не нужную командировку. Ну а про Тамару Павловну и говорить-то нечего, она потеряла давнего друга и соратника.
Сентиментальный что-то я стал! Взрослею?
— Можно я останусь сегодня у вас? — Марго устало посмотрела на меня. — Сил нет домой добираться! Своего я предупрежу сейчас.
— Пусть сюда приезжает! Помянем Ивана как положено! — тётя Тамара смахнула слезу. — Сегодня как раз девятый день.
Маргарита кивнула, доставая телефон.
— Я тогда обзвоню всех? — она снова вопросительно посмотрела на меня.