Пролог
"Предопределение — это зеркало, в котором мы видим лишь отражение собственного выбора."
Вальтер.
Пять лет назад.
Я всегда считал Амадеуса выгодным союзником — умный, расчетливый и слишком скрытный даже для древнего вампира. Он не делал ничего просто так, и уж точно не стал бы тратить время на светские беседы.
— Итак, — начал я, — чего вы хотите за свою помощь в войне?
Он молча встал и, не говоря ни слова, жестом велел следовать за ним. Мы прошли по длинному коридору, поднялись по винтовой лестнице, и вышли на открытый балкон. Перед нами раскинулся сад, а внизу, среди цветущих кустов, сидела девушка. С белоснежными волосами, тонкой, почти прозрачной кожей, она бережно перебирала цветы и пересаживала что-то в землю.
Амадеус не посмотрел на меня, он смотрел на неё.
— Это моя дочь, Алира, — произнёс он наконец. — Я готов помочь вам, но взамен, ты должен будешь жениться на ней.
Я обернулся к нему резко, думая, что ослышался.
— Она красивая, — признал я. — Но может, она сама выберет себе спутника, со временем.
Его голос резко стал жёстким.
— Это исключено. Она иная, Вальтер, не такая как ты и я. Она дриада.
Я снова взглянул на него. Дриада? Его дочь?
— Дриада?
Он сжал губы.
— Её мать была дриадой. Их кровь... необычна. В них течет сама жизнь, их кровь способна исцелять, а для вампиров, она наоборот смертельна. Если об этом узнают — её не оставят в покое.
Я молчал, обдумывая услышанное.
— Эрну похитили, и даже мои лучшие люди не смогли её найти. Рано или поздно "они" придут и за Алирой, я хочу чтобы ты оберегал её.
Я вздохнул, чувствуя, как в груди зарождается холод. Без его армии нам не победить Влада, а он готов отдать всё, включая судьбу собственной дочери, чтобы защитить её.
Мы вернулись в кабинет, Амадеус снова опустился в кресло .
— Хорошо, — тихо сказал я. — Я согласен.
— Тогда запомни: мой клан будет сражаться на твоей стороне. Я дам тебе сильнейших, и сам пойду в бой, если потребуется, дочь будет жить здесь, но когда Алире исполнится девятнадцать, ты женишься на ней. И будешь защищать, пока она не проживет отмеренное ей судьбой время.
Я кивнул.
Опустив голову, я посмотрел на клановое кольцо на пальце. Время пришло, Амадеус был почти единственным, кто открыто согласен нас поддержать в войне против Влада, и если его цена это защита его дочери, то я готов заплатить эту цену.
— Я клянусь защищать и оберегать вашу дочь. Я клянусь, что возьму ее в жены по достижению ею девятнадцати лет, и сделаю все что в моих силах, что бы она прожила свою жизнь в благости и радости, — сказал я, снял кольцо со своего пальца, и вложил его в ладонь Амадеуса.
Он посмотрел на кольцо, а затем на меня, с выражением, в котором впервые за всё время я увидел не только расчёт, но и отцовскую боль.
— Я принимаю твою клятву, Вальтер, — сказал Амадеус, и мы пожали руки.
Сделка была заключена.
И с этой минуты на моих плечах лежала ответственность за чужую судьбу.
А внизу, в саду, беловолосая девочка всё так же ухаживала за цветами, не зная, что вся ее дальнейшая судьба уже была предрешена.
Глава 1.
Пять лет спустя. Винденбург.
Каин.
Чиркнув зажигалкой, прикурил сигарету, затянулся, чувствуя, как дым обжигает лёгкие. Я стоял напротив Фон Винденбург Естейт — бывшей тюрьмы, ныне… черт его знает, чем.
Не до конца понимал, пришёл ли я по адресу, но старое, пошарпанное здание с выбитыми окнами и облупившейся штукатуркой подсказывало, что всё верно. Колючая проволока на высоком заборе была как пережиток прошлого. Ни охраны, ни камер, ни даже таблички. Возможно, меня действительно ждали. Это место выглядело мёртвым, но я знал, что мёртвые здания редко бывают по-настоящему пустыми.
Докурив, я бросил окурок к своим ботинкам, раздавил его носком и толкнул скрипучую дверь. Внутри царил полумрак. Когда-то здесь, возможно, был оживлённый холл, но теперь это было пустое пространство с трещинами на плитке, заплесневелыми стенами и запахом сырости.