— Но почему именно Виолет? Как он… как этот человек мог узнать, что Виолет участвовала в расследовании? — набросилась на мужа Кэтрин Эмброуз.
Он пожал плечами:
— Не знаю… Не могу понять. Это, конечно, может быть простым совпадением, но вряд ли. И если это не так, если он действительно знает о Виолет, мы должны найти его. Причем как можно скорее.
Теперь его голос звучал гораздо решительнее.
Вошел доктор со справкой о выписке для Виолет. Он сказал, что при таком сильном вывихе надо давать ноге как можно меньше нагрузки — на восстановление могут уйти недели, а то и месяцы. Одна из медсестер быстро затянула ногу Виолет эластичным бинтом, так плотно, что Виолет стало страшно, не пережала ли она там чего. Ее родителям выдали рецепт на какие-то лекарства.
Виолет оперлась на костыли — только в детстве это кажется веселым, но, когда встаешь на них, оказывается, они натирают под мышками и заставляют мышцы дрожать от постоянного напряжения.
По мобильному телефону дядя отдавал распоряжения насчет круглосуточного присутствия полиции возле дома Виолет. Ей показалось, что действительность будто сжимается вокруг нее плотным кольцом: она не может сейчас передвигаться самостоятельно, за домом двадцать четыре часа в сутки следит полиция, и не только полиция, судя по тревоге в глазах родителей, готовых заслонить ее от любого зла. Весь мир сжимается. Она только что освободилась из-под замка — и вот ее снова ждет одиночное заключение с усиленной охраной.
Заметив, как она побледнела от страха, Джей ободряюще улыбнулся. Она почти прочитала его мысли — они разделят на двоих ее уединение, пока этот лесной маньяк не будет наконец пойман.
Раз уж предстоит изоляция, решила Виолет, то в обществе Джея это не так уж и страшно.
Глава 23
Несмотря на все заверения родителей, дяди Стивена и даже Джея, Виолет все никак не могла поверить, что ей ничто не угрожает. Они старались убедить ее, что человек из леса никак не мог знать, что она как-то причастна к обнаружению его жертв и к аресту его сообщника. Он случайно заметил ее — точно так же, как и всех других девушек, — и выбрал совершенно произвольно. А она оказалась в неправильном месте в неправильное время.
И дополнительные меры безопасности нужны лишь для того, чтобы он не мог снова напасть на нее.
Девушка постаралась убедить саму себя, что это действительно так, — это помогало спокойно пережить каждый новый день. Как и постоянное присутствие Джея.
В пятницу, на следующий день после происшествия в лесу, Виолет осталась дома, устроив больную ногу на подушке и обложив ее льдом. Джей очень не хотел идти в школу, и пошел туда только потому, что мать заставила. Виолет осталась в одиночестве. Правда, дома была еще мама, да снаружи дежурил вооруженный полицейский.
Она решила немного почитать то, что уже давно собиралась, но все как-то откладывала. Вместо этого, растянувшись на диване в окружении подушек и одеял, она несколько часов переключала каналы. Судья Джуди, Народный суд, Мори, шоу Джерри Спрингера… а на закуску — Доктор Фил и Опра. Все передачи казались пустыми и бессмысленными. По крайней мере, пока не кончились занятия.
А потом появился Джей с букетом цветов и несколькими DVD с фильмами. Виолет почти не обратила внимания, что он принес, — главное, он был здесь, большего ей и не нужно. Она в который раз вздрогнула от волнения и восторга, увидев, как он широко улыбается ей, входя в дом, точно не видел несколько недель, а не часов. Он подхватил ее на руки, уселся на диван сам, а ее осторожно опустил себе на колени, уложив ее больную ногу на аккуратную горку подушек рядом.
Он все так же не скрывал свое влечение к ней, и если бы Виолет не знала его так хорошо, то могла бы поклясться — он из кожи вон лезет, чтобы заставить ее почувствовать себя неловко в собственном доме. К счастью, родители, похоже, решили им не мешать, и большую часть времени парочка была предоставлена самим себе.
— Скучала по мне? — самоуверенно спросил он и легонько прикоснулся к ней губами, не дожидаясь ответа.
Она улыбнулась и поцеловала его в ответ. Как всегда, внутри все переворачивалось от его близости — и как всегда, ей это очень нравилось. Она обвила руками его шею, совершенно позабыв, что они находятся не за закрытыми дверями ее комнаты, а посреди гостиной.
Он слегка отстранил ее и вдруг посерьезнел:
— Знаешь, у нас не было вчера возможности поговорить наедине. И я не мог сказать тебе… — Виолет почти не улавливала смысла его слов, околдованная его низким, глубоким голосом. Он гипнотизировал, завораживал. — Я наверно слишком долго ждал, что ты будешь со мной, и вчера, когда… — Он растерянно замолчал и погладил ее по щеке. Тело Виолет тут же откликнулось на это прикосновение. — Я не могу представить свою жизнь без тебя, — сказал он, нежно целуя ее в лоб. Его легкое дыхание коснулось ее кожи. Он помолчал немного, прежде чем снова заговорить. — Я люблю тебя, Виолет. Люблю даже сильнее, чем я думал. И не хочу… не могу потерять тебя.