Филисити и Ольциг тут же кивнули, а я, не отрываясь, смотрел на загадочную певицу. Мне просто необходимо поговорить с ней. Пока не знаю, зачем и о чем.
— Я буду чуть позже.
— Все хорошо? — обеспокоенно спросила Филисити, проследив за моим взглядом.
— Да, просто… — я уже начал двигаться к входной двери, — я ненадолго.
Оставив друзей позади, я вышел из трактира. Ночь встретила меня приятной прохладой. Кругом стрекотали сверчки, шуршала листва, которую трепал легкий ветерок.
Певица стояла чуть поодаль от трактира под невысоким деревом. Сейчас в его тени девушку было почти не видно, но я чувствовал на себе ее взгляд.
Стараясь смотреть только в то место, где стояло это таинственное существо, словно оно могло исчезнуть, если оторвать взгляд, я подошел к тому дереву.
— Я уже думала, ты не услышишь меня, — без приветствия сказала она, улыбнувшись. Ее тонкие, немного хищные черты лица обострились, когда легкая улыбка потянула вверх уголки губ.
Я нахмурился, пытаясь понять, что она такое. То, что передо мной стоит не совсем человек, не вызывало сомнений.
— А я и не услышал. Я увидел тебя из окна.
Девушка примирительно пожала плечами.
— Так или иначе, ты отозвался.
— В следующий раз зови громче, чтобы не приходилось ждать, — огрызнулся я, понимая, что жду от этой девушки подвоха.
Резкость моего тона нисколько не смутила певицу. Она улыбнулась и кивнула.
— Я была уже близка к тому, чтобы пойти за тобой. В конце концов, у меня не так много времени. Мои музыканты не будут ждать меня вечно. Но хотела до конца убедиться, что ты не слышишь песни наяд.
Наяд?
Моя рука потянулась к эстоку. Девушка осталась невозмутима.
— А мне казалось, ты сразу понял, кто я, — она кивнула на клинок и качнула головой, — не беспокойся, я не собираюсь вредить тебе. И прошу взамен того же.
Несколько секунд я колебался, вспоминая, как разрубил пополам наполовину рыбье тело служительницы Therabia в Синей Глуби. Если бы наяда хотела напасть, это было бы непростительно долгое промедление. Решив рискнуть и довериться этому существу, я убрал руку с рукояти эстока и вздохнул.
— Ты не сильно-то похожа на наяду. Разве вы можете превращаться в людей?
— Раньше могли, стоило только захотеть. Ты слышал когда-нибудь о тритонах?
Я нахмурился. Слышал только о Тритоновом перевале в горах Онкода и знал, что с этим связана какая-то древняя легенда, но деталей не помнил. Девушка, похоже, поняла это по моему лицу и кивнула, решив не оставлять меня в неведении.
— Очень давно мы не были ограничены лишь Синей Глубью, — начала рассказывать она, — нам принадлежал весь Фальгертарг, а у моего хозяина была супруга. Erabi.
Имя почему-то заставило меня задержать дыхание. Я знал, что наяда рассказывает правду, и почувствовал, как душу взбудоражило прикосновение к древней тайне.
Хищная улыбка девушки растянулась шире.
— Ее слугами были тритоны. Они несколько отличались от нас внешне. Имели сходство не с рыбами, как мы, а с осьминогами. И тоже могли превращаться в людей. Erabi была жестокой и обращалась со своими слугами соответственно, — во вздохе наяды послышалась грусть, — однажды тритон по имени Онкод поднял восстание.
Я ахнул. Онкод? Так горы названы в честь тритона? Впрочем, учитывая, что основная дорога через горный массив названа Тритоновым перевалом, все вполне логично.
— Дай угадаю, — хмыкнул я, — он подговорил тритонов обратиться в людей и сбежать?
Наяда была удивлена моей догадке, но совладала с собой и кивнула.
— Все верно. Erabi была мстительной и не собиралась оставлять мятеж безнаказанным. Она опустилась на самое дно Фальгертарга и отправилась вдогонку за своими слугами, прорывая себе путь сквозь землю. Между Чегрессией и Кирландом она настигла тритонов и выбралась из-под земли, перебив практически всех своих слуг. Но и ей самой не удалось выжить: Онкод сумел убить ее, пока она была отвлечена на остальных. Он единственный, кто выбрался оттуда живым. Онкод скрылся в неизвестном направлении и более никогда не давал о себе знать. Лесные колдуны того времени, чтобы восстановить разрушенную Вару, обратили тело Erabi в камень и назвали образовавшиеся горы горами Онкода в честь тритона, который остановил разрушения Варского леса.
Я оценивающе кивнул. Теперь понятно, почему в Тритоновом перевале замечали некие магические всплески. Существо такой силы, умершее там, не могло не оставить след.
— Наш повелитель был убит горем после гибели супруги. Чтобы история никогда не повторилась, он отнял у нас способность превращаться в людей и заточил в рамках Синей Глуби вместе с собой.