Я улыбнулся.
— Fe tgara kadae de Tajr'jara. Так это будет звучать на древнем языке?
Филисити просияла и склонила голову, словно изучая меня.
— Hek'ra komo zarian ligerrii, — тихо произнесла она. Я скептически прищурился. Мое с трудом составленное "я слышу зов Тайрьяры", произнесенное с диким акцентом тут же показалось детским лепетом.
Я смиренно поднял руки, изображая капитуляцию, и качнул головой.
— Хорошо, твоя взяла. Я ни слова не понял.
Девушка сделала шаг ко мне и заливисто засмеялась.
— Я сказала, что ты очень хороший ученик. Но, похоже, погорячилась.
На моем лице блеснула улыбка, которой не суждено было задержаться надолго. Я быстро посерьезнел и тяжело вздохнул.
— Филисити, я должен объясниться. Насчет того, что произошло у трактира "Gana". Та певица…
— Оказалась наядой, — кивнула Филисити, нахмурившись, — я знаю. Изысканная должна была быть ночь, наверное. Жаль, что Роанар спугнул ее, не правда ли?
Я вздохнул, сжав кулак.
— Мне даром не сдалась ночь с наядой.
Девушка недоверчиво приподняла одну бровь.
— Вот как?.. Впрочем, это твое личное дело, Райдер, — нахмурившись, сказала она. Я покачал головой, — не вижу смысла тебе объясняться со мной.
— Я считаю иначе.
Слова прозвучали легко, хотя легче прорвать круг из восьмерых опытных фехтовальщиков, чем произнести это.
Я сделал еще один шаг к девушке. Нас разделяла всего пара метров. Приблизиться больше я пока не решился. Сомнения и угрызения совести стучали под кожей, но я знал, что, несмотря на мое решение отступить и позволить Роанару попытать счастье с Филисити, у этих двоих не было ни малейшего шанса. Девушка ведет себя учтиво, но ничего не испытывает к арбалетчику, будь он хоть бароном, хоть лордом, хоть самим королем Солнечных Земель.
— Райдер… — неуверенно произнесла Филисити, и голос ее зазвучал тоньше. Я сделал еще шаг к ней.
— И ты прекрасно знаешь, почему я стараюсь объясниться с тобой. Но у меня… плохо получается. Все-таки мой профиль — махать железками.
Девушка тихо засмеялась. Ее изящная ручка приподнялась, на пальцах заблестело зеленое свечение, и поднявшийся ветер подтолкнул меня ближе к ней. Я улыбнулся.
— Не боишься меня, наемник Святой Церкви?
Я покачал головой, улыбаясь. Но не успел ни придумать, ни, тем более, дать достойный ответ.
Позади послышался хруст сухих веток, и девушка вздрогнула. Сияние на ладони погасло, но поздно. Я почувствовал эманации орденской магии в ту же секунду, как услышал обличительные слова dassa:
— Так и знал! Ведьма!
Нелепый, в поношенной рясе, с растрепанными волосами и круглыми щеками при худом теле и тонких длинных руках, монах сейчас показался мне поистине угрожающим. На руке его возник белый шар с красными переливами. Юноша, не задумываясь, запустил его в девушку.
Времени на раздумья не было. Я действовал, не отдавая себе отчета. Мое тело бросилось наперерез летящему световому шару.
Вспышка резкой боли в груди застлала глаза, колени подогнулись, из глаз брызнули слезы, а из горла вырвался вскрик.
— Райдер, нет! — ахнула Филисити, кидаясь ко мне.
"Не теряй сознание! Нельзя!" — приказал я самому себе, хотя от боли зазвенело в ушах.
Зрение возвращалось слишком медленно, но мне уже удавалось разглядеть силуэт dassa, готовящегося к очередной атаке. Монах явно пытался сбросить с себя оцепенение: в прошлый раз ему удалось сразу же оглушить меня своей магией, а теперь он видел, что я вот-вот встану на ноги, несмотря на пылающую болью грудь.
— Нет, Ольциг! Нет! — закричал я, шатко поднимаясь, занося руку над местом, куда ударил световой шар dassa. Прикоснуться к обожженной груди я не решился.
Монах качнул головой, магическое оружие, появившееся на его ладони, не успело полететь в цель. Зеленое свечение загорелось за моей спиной, и земля, как послушное покрывало, вскинулась, погрузив в себя Ольцига по самую голову и погасив заклинание.
— Филисити, постой… — произнес я тише, чем хотел бы. Работать сдерживающим центром для этого противостояния у меня выходило из рук вон плохо.
Девушка, заставив зеленое сияние исчезнуть, поддержала меня, помогая сохранить равновесие.
— Ты как?
Не было времени говорить обо мне. Только поединка двух магов мне здесь не хватало.
— Прошу вас, остановитесь. Оба.
— Убей ее, Райдер! Ее магия — порождение зла! Зло всегда прячется под обманчивой ангельской оболочкой, ты ведь знаешь это! — брызжа слюной от злости, восклицал Ольциг.
Позади монаха появился еще один силуэт с арбалетом наизготовку.