Я приподнял бровь и криво улыбнулся.
— Благодарю. Но, думаю, сначала мне не помешает посетить городские бани.
— Проще простого! — воскликнул dassa, — я тебя провожу.
Нарьо Эмса, молчавший до этого момента, недовольно нахмурил редкие серые брови и покачал головой.
— Я бы настоятельно не рекомендовал своему пациенту такие прогулки прямо сейчас. Он очнулся меньше получаса назад.
— И достаточно отдохнул, господин Эмса, благодарю, — многозначительно кивнул я, — не хотелось бы злоупотреблять вашим гостеприимством.
Ольциг картинно развел руками, всем своим видом показывая, как он доволен, что "пациент" принял его сторону.
— Вот видите, господин лекарь? Он в порядке, просто поспал чуть дольше, чем любой другой пациент.
Монах панибратски стукнул меня в плечо. Я прикрыл глаза, думая только о том, как бы не потерять равновесие, и как бы быстрее добраться до городских бань. Перед лекарем, принявшим нас в своем доме, мне было страшно стыдно за поведение Ольцига. Я качнул головой.
— Прошу простить…
Пожилой мужчина лишь покачал головой, жестом показывая, что все в порядке. Удивительно, но Нарьо только смешила наглость и простота нашего dassa. Полагаю, недвусмысленные замечания о том, что Ольциг "услышал бы меня, если б я умер", навели лекаря на соответствующие размышления о том, кем является наш попутчик. Судя по всему, Нарьо признал в юном проводнике некий поэтический дух бунтаря и готов был слишком многое спустить ему с рук.
Лекарь пожал плечами и кивнул.
— Что ж, будь по-вашему, dassa. Но учтите, что я этого не одобряю.
— Не беспокойтесь, с ним будет целитель, — улыбнулся монах и потянул меня за собой.
Я успел снова встретиться взглядом с Роанаром и убедиться, что арбалетчик смотрит на меня весьма враждебно. Чем это вызвано, хотел бы я знать!
* * *
Сейчас я напоминал себе портового пьяницу всем своим видом. Да и походка была соответствующая. Палящее солнце Альграна то и дело слепило глаза, я закрывался от света, сильно шатаясь из стороны в сторону.
Ольцига жара, похоже, совсем не смущала. Он был готов идти чуть ли не вприпрыжку и поддерживал чуть более медленный темп только из снисхождения ко мне. Оставалось только покорнейше поблагодарить этого позера.
Я потерял счет времени. Казалось, дорога до городских бань растягивается с каждым шагом. Пот заливал лицо и щипал глаза, я чувствовал его едкий соленый привкус на губах. Сердце барабанило в виски, голова кружилась, и мой заклятый враг — притаившаяся мигрень — начинала грызть затылок.
— Ольциг… — слабо позвал я, не удержав равновесие и ухватившись за ветвь дерева, свисающую из чьего-то сада, — погоди.
Монах вмиг оказался подле меня.
— Так и знал, что долго не пройдешь, — досадливо произнес он, качнув головой.
Я безвольно опустился под спасительную тень дерева, положил руки на согнутые в коленях ноги, и только потом, прищурившись, взглянул на dassa. Ольциг, не обращая внимания на любопытные и осуждающие мой вид взгляды альгранцев, опустился рядом со мной.
— Прости, что шел так быстро, но я хотел увести тебя как можно дальше от лишних ушей, пока ты не потеряешь силы окончательно.
От лишних ушей? Я непонимающе качнул головой.
— Давай-ка для начала поможем тебе, — ободряюще улыбнулся dassa и протянул руки к моей пылающей голове.
Эманации орденской магии успокоили сознание, по мне разлился теплый золотой свет. Через минуту стало значительно легче, и из неприятных ощущений в теле осталась только легкая слабость.
— Лучше? — поинтересовался монах. Подниматься он не спешил.
— Гораздо. Спасибо, — кивнул я.
— Хорошо, — Ольциг посерьезнел, — теперь мы можем поговорить. Он внимательно изучил меня глазами и спросил:
— Надеюсь, ты не успел рассказать этому лекарю, что произошло в Лэс-Кэрр-Грошморе?
Из моей груди вырвался облегченный вздох. Стало быть, dassa разделяет мое мнение о том, что странная приключившаяся с нами история огласке не подлежит.
Я покачал головой в ответ.
— Нет. Да мне и не совсем ясно, что там случилось, если быть до конца честным…
Ольциг несколько мгновений изучающе глядел на меня.
— А как ты сам считаешь? — спросил он. Я пожал плечами.
— Затрудняюсь ответить точно.
— Ты снял проклятие с Лэс-Кэрр-Грошмора, Райдер. Ты это понимаешь? — голос монаха опустился до едва слышного шепота. Я серьезно вгляделся в его глаза, пытаясь понять, насколько он серьезен.
Предельно серьезен.
— Думаю, не стоит никому говорить, что для этого потребовалась твоя кровь, — продолжил монах. Здесь я был с ним полностью согласен. Dassa вздохнул, — мне самому это совсем не нравится. И, если быть до конца честным, я немного опасаюсь тебя после этого. Но ты не раз выручал меня, поэтому я сохраню всю эту историю в тайне. Только ответь мне на вопрос. Честно.