— Один кошмар убивает другой кошмар, — скептически прищурился арбалетчик, вальяжно откинувшись на спинку стула, покачивая кубком с вином, — странно выходит. Если бы наши видения убивали друг друга, было бы, наверное, удобно, не правда ли, миледи?
Филисити шумно выдохнула и сверкнула на Роанара глазами.
— Да что с тобой такое? — прошипела она.
Нарьо непонимающе посмотрел на нас, но вопросов задавать не стал. Я чувствовал, что начинаю злиться, но старался сохранять самообладание. В конце концов, рано или поздно Рон вспомнит о манерах и возьмет себя в руки. На самом деле, я надеялся, что замечание Филисити хоть немного остудит пыл барона. Однако взгляд его, казалось, стал еще злее. Арбалетчик поднялся из-за стола, кивнул хозяину дома и, отчеканив слова: "прошу меня простить", вышел из обеденной комнаты.
— В чем дело? — обеспокоенно поинтересовался Нарьо, — я что-то не то спросил? Я ни в коем случае не хотел обидеть своих гостей…
Я прикрыл глаза.
Глупо столько времени отрицать очевидное. Роанар злится на меня из-за Филисити. Похоже, он, несмотря на зелье, которое принял, чтобы исчезла "толпа одержимых крестьян", запомнил то, что девушка поцеловала меня. И теперь мы с ним, получается, враги?
Нарьо ждал ответа, и я постарался успокоить его:
— Пустяки, господин Эмса, не принимайте на свой счет, — покачал головой я, — наш друг немного взволнован перед предстоящей дорогой. Как только отправимся, все будет хорошо. На чем мы остановились?
— На вашем кошмаре, — осторожно ответил Нарьо. Я небрежно пожал плечами.
— У моего кошмара не было лица. То есть, не было его черт. Похоже, я боялся, что рано или поздно просто найдется противник, которому я не смогу противостоять. И он сможет победить меня. Собственно говоря, он почти смог. Если бы не Ольциг, я бы уже умер.
Лекарь прищурился.
— Dassa говорил, что не сумел вылечить вас сразу.
Вместо меня на этот вопрос решил ответить монах. Он развел руками и заговорил так, будто объясняет нерадивому ученику совершенно очевидную вещь:
— Думаю, всему виной энергия проклятой земли Лэс-Кэрр-Грошмора. На город было наложено очень мощное заклятие. И оно стремилось забрать жизнь Райдера. Бороться с ним оказалось довольно трудно, но мне удалось пересилить проклятие.
Я улыбнулся и вопросительно кивнул.
— А как вы там оказались, господин Эмса?
Ольциг заметно расслабился и откинулся на спинку стула, поняв, что дальнейший разговор не раскроет никаких тайн Лэс-Кэрр-Грошмора "лишним ушам". Филисити все еще чувствовала себя неуютно после ухода Роанара, но без него обстановка за столом стала заметно легче.
Нарьо оперся на локти и заулыбался, чем снова сильно напомнил мне Дайминио. За эту треклятую поездку мы уже не раз бывали на волосок от гибели, и я все чаще вспоминал своего покровителя. Мне не доставало старика. Действительно не доставало. Пожалуй, впервые так сильно. Возможно, потому что первый раз у меня нет и толики уверенности, что я вернусь из Орсса. У меня нет даже уверенности, что я доберусь туда. А с каждой милей, приближающей нас к берегам Тайрьяры, происходит все больше странных вещей. Эти сны, мой безликий кошмар, эти совпадения со словами древней таирской песни, моя кровь, снимающая проклятие с Лэс-Кэрр-Грошмора. Хотел бы я, чтобы Дайминио был здесь! Он бы, наверняка, помог бы мне разобраться со всеми этими тайнами, растолковать эти знамения, будь они неладны…
— Я оказался там, потому что лорд Каста просил меня об этом, — отозвался Нарьо, вырывая меня из раздумий.
Ольциг удивленно подался вперед. Рука Филисити замерла у кубка с вином. А я едва сдержался, чтобы не присвистнуть. Так, выходит, Нарьо Эмса — не простой альгранский лекарь, а личный лекарь наместника Миянны? Это можно считать огромной честью. Насколько мне известно, лорд Шард Каста — самый мнительный из всех правителей в Солнечных Землях. Войти к нему в доверие — дорогого стоит. Я слышал, этот человек страшно боится, что его отравят, поэтому даже сам готовит себе еду и ест из той посуды, в которой готовил, причем, не отходя от нее ни на секунду с момента начала готовки и до окончания трапезы. В противном случае начинает готовку заново. Небывалая причуда для наместника.
— А вы умеете удивлять, господин Эмса, — наконец, сказал я, поняв, что пауза затянулась, — так вы личный лекарь правителя Миянны?
Нарьо лишь пожал плечами.
— По сути дела получается, что не только лекарь. Видите ли, вблизи Лэс-Кэрр-Грошмора мне приходится оказываться регулярно, потому что сын наместника — жуткий сорванец. Он все пытается испытать судьбу приключениями. Наверное, его бунтарский дух — некая насмешка над мнительностью лорда Каста. По счастью ангелы берегут этого юношу: с помощью мелких неприятностей ограждают от больших бед. Видите ли, Ийенн Каста не отличается ни ловкостью, ни хорошим здоровьем. Вот и приходится время от времени идти по его следам, кода Ийенну удается ускользнуть от стражи наместника. И оказывать необходимую помощь, если потребуется. Но мое положение в Альгране не оглашается. Вам я эту тайну раскрыл взамен вашей истории о Городе Костяных Башен.