— Так почему молния, Нарьо?
— Ох, верно! — хохотнул он, чуть хлопнув себя по лбу, — совсем забыл. Стихийный дар леди да-Кар навеял мне одно воспоминание. Как-то раз я видел, как человека убило ударом молнии. У него остановилось сердце, и я ничем не сумел помочь. Мне в голову пришла мысль, что, если правильно направить силу молнии, может, процесс можно отразить?
Я удивленно покачал головой.
— То есть, маленькая молния в грудь может заставить сердце снова биться?
Нарьо пожал плечами.
— Это была только теория.
— И вы решили проверить ее на нас, — криво ухмыльнулся я.
— Прошу простить, но мне представился великолепный случай, — важно отозвался лекарь, складывая руки на груди, — и это ведь сработало.
Мы с Роанаром нервно рассмеялись, откинувшись на спинки стульев.
— Но, к сожалению, мне не удастся практиковать подобный метод на тех, кого Смерть уже забрала из этого мира. Рядом ведь не всегда будет прекрасная леди, которая управляет стихиями.
Лекарь приподнял кубок вина и учтиво кивнул Филисити. Девушка посмотрела на нас почти виновато.
— Я решила, что если это поможет спасти вас, то это просто необходимо сделать.
Мне страшно захотелось взять ее за руку, но я удержался. После всего, что произошло за этот длинный тяжелый день, стоит воздержаться от провокаций. Иначе Роанар, не дай Бог, решит устроить еще одну дуэль. К слову сказать, мы с ним, наверное, были первыми, кто сумел без потерь вернуться с альгранской арены.
— Спасибо, — тихо сказал я, чуть улыбнувшись.
К несчастью, покупать новую одежду у нас не оставалось времени. Взглянув на нас с Роанаром, Нарьо пообещал поискать что-нибудь наиболее подходящее из своих вещей, иначе, по его словам, мы с арбалетчиком своим видом распугаем всю округу и возницу в том числе.
На этом мы решили разойтись по комнатам. Каждому из нас нужен был отдых. Особенно Ольцигу: он после сегодняшнего мероприятия чувствовал себя хуже всех. Правда, восстанавливался он быстро, этого у него не отнять. Думаю, к завтрашнему утру монах окончательно вернется в форму.
Я проводил dassa в комнату, отправился в свою, лег на кровать поверх одеяла и начал засыпать очень быстро, надеясь, что эта ночь обойдется без сновидений.
Сквозь темноту прорывались образы.
На какое-то немыслимое расстояние вперед тянулся коридор с серыми стенами, на которых ровным рядом висели факелы. Половина из них не горела, погружая пространство в зловещий полумрак. Тени плясали на стенах, словно бьющиеся в экстазе демоны.
Раздавался мерный звук шагов. Длинный коридор поворачивал налево, и из-за поворота показался человек в черном камзоле, расшитом золотыми узорами. Высокий, поджарый, темноволосый (ниспадающие на плечи черные волосы были зачесаны назад) с прямым носом, густыми черными бровями, тонкими губами и холодным взглядом темно-карих глаз.
За ним семенил невысокий юноша в небогатых серых поношенных одеждах, которые были явно велики ему. Обрамляющие затылок темные волосы неряшливо торчали в разные стороны. Нос и щеки краснели от едва сдерживаемых слез. В трясущихся руках мальчик нес длинный тяжелый меч, который попутно пытался вытереть от крови.
— Ты должен учиться, Кастер, — произнес мужчина в черном камзоле, заложив руки за спину, — это было необходимо.
Голос его звучал уверенно и звонко, немного резко и одновременно чуть глухо с бархатными интонациями. На лице играла ироничная полуулыбка.
— Я понимаю, лорд Фэлл, — робко произнес мальчик, опустив голову. Похоже, он не решился произнести что-то еще или посмотреть на господина.
Виктор Фэлл небрежно, свысока, взглянул на мальчишку и взял меч из его рук. Оружие он держал играючи, точно это было продолжением его тела. Из груди служки вырвался облегченный вздох — для него меч был непомерно тяжел. Словно вторя вздоху мальчишки, за окном завыл ветер. Серые тени мелькнули у самой стены снаружи замка, резкому движению ответили тени, пляшущие в отсветах огня, и мальчик поджал губы от страха.
— Ты быстро привыкнешь, — спокойно проговорил Фэлл, снисходительно улыбаясь своему протеже. Мальчик посмотрел на него с боязливым восхищением, — и станешь хорошим воином. Литиция помешала бы тебе.
Служка вытянулся, как струна и сдержанно кивнул, стараясь сдержать дрожащие губы, за которыми крылись и злость, и понимание. Виктора Фэлла позабавило это в юнце, и он кивнул с одобрением.
— Не бойся говорить со мной, Кастер. Тебя не постигнет участь твоей матери. Ты нужен мне, тебе ведь это известно?
Мальчик слабо улыбнулся.