— Он говорит правду. Это не церковный воин, — она перевела на меня заинтересованный взгляд, — кто же ты тогда?
Колдунья произнесла это очень приятным чуть хриплым бархатным голосом. В уголках ее тонких губ застыла тень улыбки.
— Я наемник Святой Церкви.
— Никогда не слышали о подобной… должности, — осклабившись, произнесла Мали. Я покачал головой.
— Такой должности не существует. Я один.
— Что привело тебя в Вару, наемник? — осведомился Вейнар чуть приподняв голову. Руки его продолжали примеряться к моему кинжалу.
Лгать и придумывать было бесполезно, нужно было ответить честно.
— Задание короля. Но наша цель — не Вара. А Орсс.
— Мы должны убить Виктора Фэлла, — подтвердил мои слова Рон и кивнул, — чтобы предотвратить войну, которая коснется каждой страны в Солнечных Землях. И в первую очередь в ней будут участвовать Кирланд и Чегрессия. Об этом мы и пришли поговорить с вами.
Лесные колдуны переглянулись, и я не успел понять, что уловил в их глазах, когда Вейнар вновь обратился к нам, преимущественно говоря с Филисити.
— Что ж, думаю, это долгий разговор, и не стоит вести его здесь, — улыбнулся он.
— Эва будет рада увидеть свою ученицу, — небрежно пожала плечами Мали, хотя глазами колдуны сказали друг другу гораздо больше, чем произнесли вслух. Я искренне пожалел, что отдал им свое оружие, но теперь уже поздно ругать себя за это.
Махнув рукой в сторону деревни, Вейнар повел нас за собой.
Пожилая женщина, которую мы видели снимающей белье с веревки, заметила нас и замерла в шоке. Несколько секунд она прищуривалась, убеждаясь, что ухудшившееся с годами зрение ее не обмануло, и расплылась в доброй улыбке. Она почти бегом кинулась к девушке, радостно выкрикнув ее имя.
— Филисити! — старушка заключила ученицу в объятия, и лицо ее вдруг стало озадаченным, она обеспокоенно посмотрела в лицо девушке и покачала головой, — совсем исхудала, девочка! Неужто моришь себя голодом?
Та, кого назвали Эвой, похоже, не замечала ни троих чужаков, пришедших с ее ученицей, ни их конвоиров.
— Приходится много путешествовать, — скрывая печаль от воспоминаний, произнесла Филисити.
— Ну, ничего, сегодня отужинаешь, как дома, это я тебе обещаю, — дружелюбно прощебетала старушка, отходя на пару шагов и разводя руки Филисити в стороны, — ну, покрутись, дай я на тебя посмотрю, красавица. Шесть лет тебя не видела! Не стыдно забывать старую Эву?
Вейнар тяжело вздохнул и мягко окликнул ее:
— Эвлорис, — старая женщина, казалось, только теперь заметила его и вопросительно кивнула. Колдун обвел нас легким жестом руки и многозначительно произнес, — твоя ученица привела с собой гостей.
Филисити виновато посмотрела на учительницу, но та осталась невозмутимо дружелюбной, оглядев нас прищуренными глазами.
— Подойдите ближе, мальчики, — с улыбкой произнесла она надтреснутым голосом.
Мы, пораженные подобным обращением, никак не вязавшимся с ситуацией, сделали послушный шаг вперед.
Вблизи Эвлорис оказалась даже старше, чем Вилисса. Когда-то ярко-каштановые, теперь поредевшие волосы посыпало мелким порошком седины, в уголках глаз и на лбу скопилось огромное количество мелких и больших морщинок, на левой щеке темнело два старческих пигментных пятна, чуть потрескавшиеся губы также были окружены тонкими мелкими линиями морщин. Под короткими ногтями виднелись темные полоски земли, оставшиеся после работы на грядках. Когда-то крепкое дородное тело сейчас казалось сухим и хрупким, а на руках изящной, несмотря на возраст, формы виднелись крупные толстые вены. Карие тусклые глаза женщины все время щурились, но смотрели пронзительно, изучающе. При всем этом невысокая ростом и полноватая Эвлорис удивительно плавно и легко передвигалась, что тут же заставляло забыть о ее почтенном возрасте.
Одета лесная колдунья была в простое серое платье с белым передником, запачканным землей. Никаких украшений или излишеств. Простой ворот лодочкой, длинная юбка, рукава по локоть. По сравнению с этим платьем простой наряд Саари на выступлении в Ургоре казался настоящей роскошью. Глядя на эту милую старушку, трудно было поверить, что она вообще обладает магией, а уж тем более, могла научить Филисити пользоваться силами. Но внешность обманчива, в этом я убеждался уже не раз…
— Негоже, когда только гости знают имена хозяев дома. Это знание должно быть обоюдным, вам не кажется?
— Представьтесь, — шепнула Филисити, раздираемая волнением. Я ободряюще улыбнулся ей и посмотрел в глаза старой женщине.