Девушка снисходительно улыбнулась.
— Это значит "безгрешный". "Очищенный от греха", если быть точнее. "Очищенная от греха смерть Сына Божьего дает новую жизнь грешному человечеству".
— Да уж, мог бы и сам догадаться, — хмыкнул я, — красивый язык.
— На самом деле он очень простой. Странно, что ты так и не выучил его, живя под крышей кардинала Эллы.
Я пожал плечами.
— В конце концов, я не знатный господин, а простой воин. Меня в Ордене учили другому. Это dassa читали древние трактаты, нас учили махать железками.
Филисити улыбнулась, глядя мне в глаза.
— Так ты считаешь себя мастером по маханию железками? Неплохо ты отзываешься об искусстве фехтования.
Ее мягкий голос эхом отражался от стен с горящими факелами. Я невольно сделал шаг к ней, тут же вспомнив, как только сегодня вечером присягнул на верность Руану Экгарду. Рон ведь влюбился в эту девушку с первого взгляда. Я думал, так бывает только в старых сказках, но, выходит, нет.
— Филисити, я…
Слова снова убежали от меня — проклятые дезертиры! Мне хотелось послать себя в пасть к дексам за это онемение рядом с девушкой, которая мне небезразлична.
"Она нужна Роарану", — твердил внутренний голос.
"Она нужна и мне", — упрямо возражал я сам себе.
Хлопнула дверь…
— Вот, вы где! — резкий голос разнесся по нефу. Я быстро вышел наперерез говорившему, готовый отразить любую атаку, а Филисити испуганно ахнула, развернувшись ко входу в собор. Все это произошло за долю секунды, прежде чем я понял, что в дверях стоит Ольциг, недовольно сложив руки на груди.
— Dassa? — одновременно облегченно и разочарованно воскликнул я.
— Я, конечно, ничего не хочу сказать, Райдер, но ты убежал, прихватив с собой все деньги, которые у нас были. Нам нужно расплатиться за ужин в "Gana", — он с интересом окинул взглядом зал собора и снова повернулся к нам, — на твою порцию, заметь, никто не посягал. Ты, кажется, ничего не съел. А еще до ужаса напугал музыкантов — они бежали после последней песни, только пятки сверкали. Что с тобой произошло, кстати?..
Разговорчивому монаху быстро удалось вернуть нас в "Gana". Роанар вежливо беседовал со служанкой, приветливо улыбаясь и рассказывая какие-то занимательные истории.
Я невольно вспомнил, что в начале нашего знакомства, когда господин барон еще скрывал свою личность от нас, пытаясь предстать верным подданным дома Экгардов, он с завидной периодичностью декламировал хвалебные речи своим "хозяевам". На моем лице появилась невольная усмешка.
Рон повернулся к нам, и я приготовился к тому, чтобы снова рассказывать, что произошло в трактире. У меня не было никакого желания беседовать с Ольцигом и Роанаром о некоем "зове Тайрьяры", который, как считает Филисити, я услышал.
— Вот и вы, — просиял арбалетчик.
Я кивнул и молча расплатился со служанкой за ужин.
— Благодарю, господа. Дайте знать, когда вас проводить в ваши комнаты, — учтиво кивнула женщина и ретировалась от нашего стола.
Рон многозначительно посмотрел на Филисити.
— Тебе все же удалось его догнать. Удивительно, — хмыкнул барон, окидывая меня взглядом, — он быстро бегает.
Я пожал плечами, стараясь не замечать ноток ревности в голосе друга.
— С больной головой особенно не побегаешь. Простите за этот конфуз. Мигрень разыгралась еще с утра, а музыка, похоже, ее только усилила.
— Вот, почему он был таким неразговорчивым весь день, — довольно заключил dassa.
Роанар кивнул. Похоже, ревность чуть остыла, а объяснение его вполне устроило.
— Кстати, твою порцию никто не трогал. Если тебе лучше, может, поешь? — заботливо спросил он.
— Спасибо, я не голоден.
Аппетита действительно не было. Вид еды сейчас не вызывал ничего, кроме отвращения. Ольциг посмотрел на меня так, как будто я не от еды отказался, а только что кого-то убил. Впрочем, он тут же состроил коварно-невинный взгляд сытого кота, который собирается доесть все из жадности.
Я невольно усмехнулся, махнув рукой.
— Смотри, не лопни, — посоветовал я dassa, который тут же изобразил на лице жуткую обиду, но от моей порции не отказался. Пускай ест, растущий организм.
Мой взгляд случайно остановился на окне трактира.
В темноте ночи я заметил на улице фигуру в простом красном платье и с длинными прямыми волосами. Девушка стояла неподвижно, и я чувствовал, что она смотрит на меня. Ждет меня.
— Что ж, тогда я, с вашего позволения отправлюсь в комнату, — широко зевнув, сказал Роанар, — вы идете?