Вот о чем она думала, когда снова услышала посторонний шум. Теперь она точно знала, что это не ее воображение, несмотря на то, что ей очень бы этого хотелось. Она услышала знакомый скрип и поняла, откуда это. Доска в коридоре — слева от входа в спальню — всегда немного поскрипывала, когда на нее наступали. Затаив дыхание, она посмотрела на дверь, надеясь увидеть Луиса. На ковре в коридоре мелькнула тень, и в дверях выросла фигура человека. Она почти успокоилась.
— Здравствуй, Дана.
— Вот так сюрприз! Как ты?.. Я имею в виду, ты, наверное, приехал с Луисом…
В дверях стоял Брайен Томас, он улыбнулся, потом отрицательно помотал головой. Одет он был как обычно: вязаный свитер и джинсы, но больше ничем его внешность не напоминала ей прежнего Брайена. Он бессознательно тер рукой дверной косяк и пристально смотрел на Дану.
— А, у тебя, наверное, есть второй ключ?.. — продолжала она, не будучи уверенной, что надо соблюдать вежливость. — Но где Ронда?
— В городе, — сказал он. — Ронда не поехала в это маленькое путешествие.
Он сделал шаг в комнату, и Дана инстинктивно отступила на шаг. Он как ни в чем не бывало подошел к шкафу и потрогал пальцем одну из двух стоящих на нем фарфоровых птичек. Шкаф был открыт, и Дана увидела, как его рука забралась туда, в ее одежду.
— Конкурс этот, — произнес он, исподлобья взглянув на нее, — это было не совсем то, что ты думаешь. Понимаешь, мы хотели, чтобы ты приехала сюда, точнее, я этого хотел. Конкурс помог это сделать.
Он нервно затолкал руки в карманы и сделал шаг по направлению к кровати. Морщины на его лице казались глубже, чем раньше, глаза почернели.
— Это действительно был лучший способ заманить тебя сюда. Ты уже встретилась с некоторыми из наших. Ты им понравилась, — Он улыбнулся. — А для тебя это будет не так уж трудно.
Она начала пятиться от него и наткнулась на ночной столик.
— Да не отодвигайся ты от меня, Дана! — вдруг закричал он. — Я тебе добра желаю! Я желаю тебе добра, пойми? Поняла? — Он поморщился, вздохнул и продолжал: — Но это уже не имеет значения. Ты была такой, какой я хотел тебя видеть, и я делал вещи, которые должен был делать, но и они теперь не имеют значения, потому что ты здесь. Ты поймешь позднее. Поверь мне, ты все поймешь.
— Луис скоро вернется, — выпалила она. — Он скоро вернется, через минуту. Отвяжись ты, и давай забудем, что это вообще когда-то было.
Она нащупывала что-нибудь у себя за спиной.
— Нет, — коротко ответил он. — Луис больше не вернется и ничего не скажет, он вообще больше ничего не скажет.
— Боюсь, — раздался голос из двери, — что Брайен говорит чистую правду.
Ной Таггерт тихо вошел в комнату.
Дана увидела, как на щеке Брайена задергалась мышца. Она быстро перевела взгляд с него на Таггерта.
— Нет! — истошно завопила она. — Луис!
Рукой она наконец нащупала лампу и с размаху швырнула ее.
Брайен наклонился, и лампа, скользнув по его плечу, тяжелым керамическим основанием ударилась о стену рядом с камином. Он схватился за плечо и нахмурился, потом выпрямился и стал двигать рукой, проверяя, не болит ли. Глаза его горели, а лицо было красным от возбуждения. Он бросился к Дане.
Ночной столик опрокинулся, и Дана пнула его в сторону Брайена, но тот перешагнул через него и навалился на Дану всем своим весом. Она упала на ковер, и Брайен оказался на ней.
Он сорвал пуговицы с ее платья и припал к ее груди. Она пыталась высвободить колено, но он прижал его ногой. Чемодан ударился об пол. Она металась, старалась выцарапать ему глаза, но ее ногти только скребли его щеку. Потом он схватил обе ее руки и заломил их за голову, таким образом пригвоздив ее к ковру.
Лицо Брайена блестело от пота, щека кровоточила, а рот жадно тянулся к ее губам. Дана с силой сжала губы и стала мотать головой из стороны в сторону.
Вдруг руки ее освободились. Брайен сидел на ее коленях с искаженным гримасой лицом. За его спиной стоял Таггерт, искривленная рука которого сжимала горло Брайена.
В следующий момент Таггерт отошел в сторону, и тело Брайена рухнуло на пол.
Таггерт повернулся к Дане, ей показалось, что как будто ничего не случилось, что это ему не стоило никаких усилий. Он выпрямил спину и некоторое время долго смотрел на нее. Выражение его лица смягчилось.
— Брайен был глуп, — сказал он, — хотя кое-какие его суждения приводили меня в восторг, в частности, о вас. У вас есть одно редкое качество, которое выделяет вас среди всех остальных. Я почувствовал это сразу же, как только мы познакомились. Ваша жизнь была как бы подготовкой, хотя вы и не признавались в этом. Она подготовила вас для важной роли, одарив потенциальными возможностями. Вы ведь понимаете, о чем я говорю? И хотя вы иногда чувствуете себя бессильной, вы хорошо знаете, что сила у вас есть, но она запрятана глубоко внутри.