– А ну отвернись! – пискнула я.
Рэн запоздало поднял глаза и посмотрел в мои. Но так и не отвернулся.
– Полотенце? – хрипло предложил он, будто не слышал меня вовсе.
– Какое, блин, полотенце? – запаниковала я. – Что ты вообще здесь делаешь? И где Мор?
При упоминании темного лицо Рэна посуровело, и он строго произнес:
– Он на улице, и я не пущу его, пока ты не оденешься.
Отлично! Теперь он в роли моего папаши?
– А я не смогу одеться, пока ты здесь, – произнесла я очевидное.
Светлый прикрыл глаза, напрягся и сжал кулаки. Затем сделал несколько резких шагов и оказался возле меня. Мое сердце бросилось вскачь. Уже второй раз за вечер. Эти эльфы будто сговорились! Рэн схватил тонкую ткань, лежащую на полке, и раскрыл ее передо мной.
– Поднимайся, – приказал он, глядя мне прямо в глаза.
Я испуганно закачала головой. Не то чтобы я его боялась, скорее… своей реакции на его присутствие. Ведь притяжение между нами возникло с первой встречи. Глупо отрицать.
– Я не трону тебя, – совсем неубедительно произнес светлый. Наверное, и сам это понял, потому что тут же чуть уверенней добавил. – Обещаю!
Он обещал! Здорово! Но тут такое дело… Теперь уж я не могла обещать, что не наброшусь на него. От представленной сцены меня бросило в жар. Разве можно совращать молодого эльфа с неустойчивой психикой? А хотя… Он ведь любит дразниться, вот и я люблю!
Отпустила бортик ванной и отползла назад, чтобы залезть в лохань с ногами. Все еще придерживая грудь, встала во весь рост и шагнула на холодный пол прямо в раскрытые объятия. Рэн продолжал смотреть в мои глаза, будто тренируя свою выдержку. А затем сомкнул руки, окутывая мое тело в тонкую ткань. Она, как вторая кожа, облепила тело, не скрывая ровным счетом ничего. Мое сердце колотилось так, что я могла слышать его, наверное, и он тоже.
Мы смотрели друг другу в глаза, даже не шевелясь. Я перевела взгляд на его губы и невольно поддалась вперед, будто это он тянул меня к себе невидимыми нитями. Рэйн будто этого и ждал, он сам приблизился ко мне настолько близко, что наши носы соприкоснулись. Лишь на секунду я подумала поддаться ему, но вспомнила недавний поцелуй с Мором и застыла. Нет уж! На сегодня с меня достаточно. К тому же, уж очень мне хотелось поддразнить противного светлого эльфа. Отстранившись, я хитро улыбнулась и оценила его реакцию. Разочарование отразилось в его прекрасных глазах лишь на секунду. А после эльф понял, что я дразнюсь… и ему это понравилось! Он ответил такой же кривой ухмылкой, признавая мою маленькую победу, но его взгляд обещал расправу. Та сила, что тянула меня к нему в нашу самую первую встречу, снова активировалась, и меня стало затягивать в глубину его глаз.
Видимо, это и привело его в чувства. Рэн, резко наклонившись, поднял меняна руки и понес в постель. А после, не глядя на меня, накрыл одеялом и пулей вылетел из комнаты.
– Ух, – выдохнула я с грохотом двери. – Ну и денек!
Спокойно! Я держу себя в руках!
Святой Виктус, мне понадобилось все мужество, чтобы не вернуться к ней.
Определенно, эта ведьма очень сильна. Каждый раз, когда я заглядываю в эти глаза, ее сила поглощает мою. Она столь наивна, что даже не подозревает об этом. О своем влиянии на меня. Мне понадобилось всего полдня, чтобы почувствовать ее. У нее доброе сердце, и она помогла мне не из корысти, как я думал. А еще пришел к выводу, что наши пути все время пересекаются не просто так. Сам Виктус сводит нас вместе. В этом должен быть какой-то смысл. Даже в том, что с ней эльфийский принц. Только вот какого тролля он ухаживает за ней, если у самого есть невеста? Нужно открыть наивной Эрин глаза, чтобы не надеялась. А еще лучше будет, если я лично удостоверюсь в ее неприкосновенности. Я могу понять темного, она красива. Но это все же его не оправдывает, на него возложены определенные обязательства. Откуда она? Неужели при дворе темных имелся такой сильный целитель? Почему они скрывали ее?
– Подслушиваешь, светлый? – процедил темный, подойдя со спины.
– Я бы ответил тебе, но нас не пустят ночевать, если мы явимся с «битыми рожами», – процитировал я Эрин.
Мор насмешливо фыркнул и дернул ручку двери.
– Касэрин, почему ты не закрылась на замок? – тоном строгого учителя спросил он, входя внутрь. – Любой мог зайти, пока меня не было.