- Потом стража надо будет отнести в Храм и оставить там на месяц, чтобы механизм передающий абсолют магу заработал. Затем забрать из Храма, где-то его передержать еще два месяца, постаравшись не упустить из рук, а уж затем, после того как все условия будут соблюдены, откроются Главные Врата и все, заходи и бери силу.
-Как сложно! А, нельзя сделать так, чтобы кто-то другой выполнил все приготовления, а ты потом просто пришел и забрал то, что так хочешь.
-Хм, где интересно такого дурака найти,- весело хмыкнул Саша.
- Ну, там заплатить кому-нибудь...
Александр посмотрел исподлобья на подругу, и та смущенно замолчала, а потом проворчала себе под нос:
-Все равно, наверное, что-то придумать можно.
- Вот если придумаешь, то дай мне знать обязательно, выслушаю с особым вниманием.
Дождь уже давным-давно утих, а мы этого даже не заметили, поглощенные его рассказом. Первым пришел в себя Хромов:
- Пора продолжать путь,- произнес он, хмуро взглянув на просветлевшее после ливня небо, - мы и так много времени потеряли. Надо засветло успеть добраться до туманных холмов, тогда уже завтра к вечеру мы окажемся в том лесу, где покоиться Страж, и если повезет, завтра его и найдем, ну и или послезавтра. Так что в путь.
Свернув наш маленький лагерь, мы погрузили все вещи на лошадей и тронулись в путь. Хромов убрал свой защитный полог, и я в тот же миг намокла, неудачно задев головой низко растущую ветку клена. Пришлось доставать дождевик, чтобы не вымокнуть еще сильнее. Викуля поступила так же, а вот Александр, не обращая на такие мелочи никакого внимания, ехал вперед, опять погрузившись в свои мысли.
К вечеру мы преодолели огромное, по моим меркам, расстояние, ибо спина у меня задеревенела, попа онемела, настроение упало ниже плинтуса.
Вокруг было все так же сыро и промозгло, и мысли о ночлеге в таких условиях состояния не улучшали.
Когда уже стало совсем темно, так, что приходилось прилагать все силы, чтобы не упустить Хромова из поля зрения и не потеряться, он, наконец, махнул рукой в сторону странного мохнатого дерева.
Мы подъехали к нему и спешились:
- Что это?- подозрительно спросила я, разглядывая тяжелые, опущенные до самой земли ветви, покрытые чем-то более напоминавшим жесткую щетину, чем нормальные листья или иголки.
-Косматая ива,- ответил он и зажег на ладони небольшой огонек,- она, как и любое дерево не любит огонь.
Сказав это, поднес к ветвям руку, и они, мелко задрожав, расступились в сторону, образуя проход. Хромов решительно направился внутрь, а мы, недоуменно переглянувшись, последовали за ним.
Внутри оказалось сухое пространство, усыпанное густым ковром прошлогодних листьев (или иголок?). Саша разжег огонь посильнее, и ветви выгнулись, образуя шатер. Хватило места и нам, и лошадям. Их мы разместили с одной стороны от тонкого, корявого ствола, каким-то чудом державшего на себе тяжелые, лохматые ветви, а сами устроились с другой. Развели небольшой костер, поужинали и легли спать. На улице тем временем снова началась гроза. Я лежала в своем спальном мешке и все ждала, когда же вода просочится в наше укрытие, но время шло, а вокруг по-прежнему было сухо. Лохматые ветки прекрасно защищали от непогоды, и я постепенно успокоилась и заснула.
Вынырнув из суетливого утреннего сна, блаженно потянулась и открыла глаза, обнаружив Александра, сидевшего у костра и задумчиво рассматривающего мою скромную персону.
- Что любуешься, как я сплю?- съязвила я, пытаясь скрыть смущение, вызванное его вниманием.
Мужчина ничего не сказал, лишь усмехнулся уголками губ и пожал плечами. Я приняла сидячее положение, попыталась пригладить спутавшиеся после сна волосы, но быстро оставила это бесполезное занятие. Без расчески нечего и пытаться привести эти космы в порядок.
Вика, как всегда продолжала спать, не обращая ни на что внимания.
- Ты чего так рано вскочил?- тихо интересуюсь у него.
- Не спалось, да и выходить уже скоро.
- Вику будить? Или пусть пока спит?
- Буди потихоньку, у нас сегодня долгий и трудный день.
В таки моменты, когда он рядом, спокойный, задумчивый, ну душе становилось так уютно, хотелось сесть рядом, взять за руку, прижавшись к крепкому мужскому плечу. Досадливо поморщилась от своих мыслей и поднялась на ноги. Нечего голову всякими глупостями забивать.
Как и обещал Хромов день вышел тяжелым. Мы ехали, ехали, ехали и еще раз ехали. Крошечный привал днем и потом до самого вечера дорога через холмы, покрытые молочными завитками тумана. Мы то поднимались вверх по скользкой траве, то спускались вниз, осторожно перебираясь через могучие корни, торчащие из земли.