Через полчаса выяснилась еще одна не очень приятная вещь. В деревню мы приехали поздно вечером, в полной темноте. Как известно добропорядочные граждане в такое время дома спят, а по улицам только жулье всякое слоняется. Именно поэтому никто не спешил гостеприимно распахивать перед нами двери, предлагая кров и еду. Чаще всего нам открывал хмурый мужик, за плечами которого виднелось встревоженное семейство, не особо вежливо спрашивал, что нам надо, и, выслушав нашу просьбу о ночлеге, без колебаний отказывал, равнодушно закрывая двери у нас перед носом.
И так раз за разом. Да, что за люди такие черствые?
Мы с Викой не прекращали своих отчаянных попыток, хотя с каждой захлопнутой перед нами дверью, надежды становилось все меньше и меньше. Не ужели так и придется на улице спать? Обидно, с таким же успехом можно было обосноваться в лесу. Уже бы давно поели и спать легли.
Очередную дверь перед нами распахнула дородная женщина, из тех, что слона на скаку остановит, и хобот ему оторвет. За ее плечами виднелся большой дубовый стол, за которым сидели несколько ребятишек и тщедушного вида мужичок. Тетя прошлась по нам тяжелым взглядом из-под неаккуратных бровей, и раскатистым голосом, сильно окая спросила:
-ЧавО надОбнО?
-Ищем, где бы переночевать, - немного растерявшись, ответила подруга.
Женщина еще раз перевела взгляд с одной на другую и ответила:
- Можете не стараться. Никто вас не пустит. У нас чужаков не любят,- она взглянула на мой болезненный видок, и ее взгляд чуточку смягчился, - но вы можете остановиться в заброшенном доме на краю деревни.
При этих словах она махнула рукой, указывая направление, и закрыла дверь.
Делать нечего, отправились искать наше новое пристанище.
Покосившаяся, полуобвалившаяся домушка стояла с самого края деревни, на отшибе. Вика достала из рюкзака фонарик, включила и теперь освещала наши хоромы:
- Е*******от,- протянула она, с открытым ртом поглядывая на развалюху,- я уже говорила, что ненавижу тебя?
-Да, раз сто за сегодняшний день,- буркнула я, со стоном сползая из седла на землю. Едва ноги коснулись земли, покачнулась, и если бы не держалась за Шляпу, непременно бы упала.
-По сравнению с этим, наше тайное убежище было царскими палатами,- не унималась подруга, то тут то там выхватывая световым лучом унылые подробности: висящая на одной петле дырявая дверь, отогнувшееся покрытие на крыше, разбитые окна, с острыми клыками осколков, обломившийся конек.
-Хватит ворчать,- шикнула на нее, направляясь к домишке,- нам просто переночевать здесь. Несколько часов и все. Потерпишь, не королева!
Взялась за ржавую ручку и дернула. Дверь осталась на месте, а ручка у меня. Чудесно! И как теперь открывать? Просунула два пальца в прихлоп и потянула. Дверь надрывно то ли заскрипела, то ли застонала и распахнулась, скромно повиснув на одной петле.
Вика первой зашла внутрь, освещая нам путь. Миновали сени со скрипучим, гуляющим прогнившим полом, и через дверь, от которой только косяк, треснувший остался, попали в комнату. В одном углу покосившаяся, закопченная печка, с которой обвалилась вся штукатурка, и местами раскрошились кирпичи, в другой - низкая деревянная кровать на кривых ножках.
- Блеск! - прошипела Вика,- лучше бы в лесу ночевали!
- Ой, уймись,- отмахнулась я, мечтая только об одном -скорее лечь и заснуть, -крыша над головой есть и ладно.
- Я хочу нормальных, человеческих условий,- не сдавалась подруга,- а тут помойка.
-Почему помойка? Пыльно, но мусора нет, просто разруха вокруг.
- С каких это пор ты стала такая терпимая к комфорту? Вернее, к его отсутствию?
-С тех самых, как провела три недели в погоне за Баксом,- пожала равнодушно плечами, -давай спать.
-Поужинать надо.
-Без меня, если я сейчас хоть что-то съем, меня вывернет наизнанку. Водой обойдусь.
Вика вздохнула, кинула свой рюкзак на кровать, и сама плюхнулась рядом. Кривые ножки не выдержали и с дружным треском сломались, а лежанка с визжащей Викой оказалась на полу.
-Как же меня все бесит! -взвилась подруга, вскакивая на ноги,- Ты даже не представляешь на сколько!
Я лишь отмахнулась, достала из рюкзака плащ, и кинув его на кровать, стала укладывается, потом вспомнила, что надо бы и полечиться. Вытрясла на ладонь горсть таблеток, закинула их в рот и запила теплой водой из фляги.
- Ворчи пожалуйста потише,- зевнув, забралась на лежанку, замоталась в плащ и прикрыла глаза,- или отложи это бессмысленное занятие до утра, может тогда я смогу поддержать разговор.