— Как ты себя чувствуешь? Тебе лучше?
Мужчина достал мандарин и принялся его чистить для девочки. Катя глянула на это. Мужчина даже чистил белые жилки под кожурой, как она всегда делала…
— Больно.
Мужчина поднял глаза на неё. Разделив мандарин на дольки, он по одному давал ей, и сам прикусил один
— Что болит?
Катя глянула на своё тело. Болело всё… но в особенности ниже живота и внутри. Она слабо нахмурилась, случайно вспомнив, почему. Она поерзала в кровати, желая снять неприятное ощущение в теле от воспоминаний
— После операции… — глаза у девочки заслезились. Она не могла не думать о ужасе, что она пережила. Александр заметил это и сочувствовал ей. Он хотел подбодрить её, и заверил девчонку
— Теперь всё позади. Я помогу тебе восстановиться. Всё будет хорошо, ладно? — Александр ждал какой-нибудь реакции от неё. Он увидел хмурый взгляд Кати, даже с ноткой ненависти
— Это всё из-за тебя… — злобно ответила Катя, с обидой отводя глаза. Это ударило по Александру. Он отвёл глаза и выдохнул. Она была права…
— Мне жаль. Я не знал, что это случится… — у мужчины слабо подрагивал голос. Катя утёрла глаза.
— Я исправлю это, обещаю. — Александр с жалостью посмотрел на Катю. Её тошнило от одного его вида… он уже обещал, что она будет цела, и где она теперь? Какой ужас она пережила за эти десять дней из-за него? Малышка закрыла глаза, пытаясь сдержать очередной поток слёз.
— Уйди…
Александр почувствовал ком в горле. Конечно, она его ненавидит. Александр не знал, что делать, и как исправить ситуацию. Он не хотел давить на девочку, поэтому послушался её. Он покинул палату, оставив её в покое. Александр ехал на работу, чувствуя себя мразью. Из-за него девочка страдает даже тогда, когда он ничего не делает. Александр не знал, как это остановить. Он ненавидел себя за то, что Катя снова пострадала по его ошибке. От эмоций Александр чуть не попал в аварию, но вовремя среагировал и свернул с дороги.
Желая сделать передышку, мужчина вышел из машины и закурил. Единственное, что его успокаивало — сигареты. От них становилось чуть легче. Но ненадолго. Вскоре ему станет снова плохо. Но не курить же 24/7, как Густав, верно?
День выписки
Катю можно было выписывать. Она прошла лечение, которое ей было назначено, дело за малым — пить таблетки. С этим мужчина сам разберётся, и Катя тоже, она уже не глупа. Александр ждал девочку в машине. Он навещал её эти пару недель, что она была в больнице, приносил ей еды и вещей для рисования, чтобы ей не было скучно.
Когда малышка села в машину, она почему-то уселась позади. Александр расстроился этому, неужели опять обижается? Он и так с трудом налаживал с ней общение, а что будет сейчас? Глянув на девчонку, он снова увидел её помякшее настроение. Александр достал кое-что и протянул девочке.
Она увидела в его руках мороженое. Взяв и оглядев упаковку, девчонка открыла его. Шоколадное, вафельный стаканчик… ладно.
Катя стала его кушать. Странно, ведь Александр редко покупал ей мороженое. Вообще не покупал, то есть.
Они молча ехали пять минут, пока Александр не решил спросить
— Как ты себя чувствуешь? Ответь, пожалуйста. — попросил мужчина. В больнице девчонка часто игнорировала его и немного огрызалась. На этот раз она соизволила ему ответить
— Нормально… — она соврала. Пусть физически она лишь слабо чувствовала боль от гематом, но морально ей было хуёво. Малышке казалось, что у неё началась депрессия. Ей ничего не хотелось, даже есть. Думать она не могла ни о чём, а о мысли, что надо что-то делать в жизни, хотелось плакать. Психиатр не помог ей ничем, Катя даже не старалась слушать его и помогать в лечении. Она не доверяла никому из врачей, которые обсуждают психику.
Александр беспокоился о девочке. Она была зажата, тиха, и смотрела в одну точку. Мороженое она сначала ела, а потом как-то перестала. Оно начинало подтаивать. Мужчина напомнил девочке о нём, и она продолжила есть.
Всю дорогу до дома Александр старался не трогать девчонку. Она просто сидела и молчала сзади, смотря куда-то мимо окна. Добравшись до дома, Александр отвёл девчонку к котятам. Они сразу-же кинулись к ней, начав с ней ласкаться и играть. Малышка впервые слабо улыбнулась, но как-то измученно. Сев на колени, девочка гладила Дио, радуясь, что увидела его. Сара тоже лезла на Катю и тёрлась об неё.
Мужчина оставил их наедине. Он пошёл делать ужин, чтобы Катя поела. Пока мужчины не было, Катя смогла поплакаться от души в комнате. Котята были рядом, лежали рядом с ней. Дио тыкался в неё мордой и лизал лицо. Благодаря нему ей становилось лучше. Катя была рада вернуться домой, снова гладить Дио и слушать его мурчание. Саре она тоже старалась уделять равное внимание: гладила её, осматривала её лапки и тело в принципе. Она была очень мягкой, а шерсть её была гладенькой. Кате нравилось это. Сане повезло с таким котёнком. Она была очень ласкова.
Когда ужин был готов, Александр принёс его в комнату девочки, чтобы ей не ходить. Он застал её в постели, в слезах и с котятами на животе.
Положив тарелку на стол, мужчина присел к девочке, с жалостью осматривая её
— Как ты?
Кате уже надоел этот вопрос. Он постоянно задавал его, а ей приходилось отвечать одно и то же. Слёзы снова капнули из её глаз, это было неожиданно. Катя быстро утёрла их
— Нормально… — сказала она ломким голосом. Сара слезла с Кати и перешла на бедро мужчины. Он немного поласкал её ухо, слабо улыбнувшись
— Она милая. Я почти подружился с ней. — спокойно сказал мужчина. Катя взглянула на их взаимодействия — Александр был аккуратен и нежен с Сарой. А она доверяла ему, не боясь, что ей сделают больно… хотела бы она так же.
Катя поднялась на кровати, чтобы поесть. Сев на край, она придвинула к себе тарелку с супом. На этот раз мужчина приготовил щи, которые она тоже любила.
— Приятного аппетита. — сказал мужчина. Он смотрел на её руку. На них были всё ещё видны зажившие порезы и немного синяков. Александру хотелось прикоснуться к ним, чтобы излечить девочку, но так и не осмелился её тронуть.
Катя поблагодарила его и начала кушать. Александр не хотел напрягать её собой, поэтому покинул комнату. Ему надо было готовиться ко сну, но в мыслях постоянно была девчонка. Сегодня первый день, как она дома. Ему было важно знать, что она в порядке и хорошо себя чувствует. Поэтому ночью, перед сном, убедился, что малышка крепко спит, и отправился спать. Он крутил в голове идеи, как помочь ей. Что сделать, чтобы ей стало легче. Как лечить подобные психические травмы? Александр понятия не имел. Он умел только наносить их, не заботясь о последствиях.
Утром мужчине пришла на почту фотография — Егора. Всё, как мужчина заказывал: полная ампутация конечностей, и теперь он похож на Вучича. Идеально… Александр посмеялся сполна.
В письме Александр также удостоверился, что зрение, слух и голос у мужчины отсутствуют. Теперь он будет доживать свою жизнь в таком виде. Александр был доволен работой врачей, и доплатил им обещанную вторую половину. Остальная жизнь Егора его не заботила, но было бы славно, если бы его трахали каждый день арматурой. Александру было лень устраивать это, поэтому он просто забил хрен на судьбу Егора. Ему и так славно живётся сейчас.
Александр сделал малышке завтрак: оладья со сгущёнкой и горячее какао. Он отнёс это все ей в комнату, аккуратно разбудив её, почти не касаясь её тела.
На его удивление, Катя проснулась с ужасом в глазах, дёрнувшись и крикнув. Александр испугался, но быстро среагировал: начал её успокаивать
— Тише, это я! Катя…
Малышка глубоко дышала, прижимаясь спиной к спинке кровати. Увидев мужчину, она остановила на нём взгляд. Он опустил руку
— Всё хорошо. Я просто разбудил тебя.
— З-зачем? — спросила девчонка. Мужчина посмотрел в сторону и кивнул
— Я сделал тебе завтрак. — Александр снова глянул на девочку. Увидев оладьи и какао, она немного успокоилась. Посидев ещё пару секунд в одеяле, сжимая его, она подсела ближе к завтраку. Закутавшись в одеяло, Катя начала есть. Александр слабо улыбнулся, но горько: вид малышки его беспокоил. Взгляд у неё был уставший и измученный. Прежде чем уйти, Александр присел на стул и спросил у Кати