— Я чувствую себя точно также. — горько сказал мужчина, закрывая глаза. Он не плакал, но ему тоже было очень тоскливо. За девушку и за себя одновременно. Он был рад, что они кое-как нашли друг друга, и могут разделить эту жизненную проблему. Пусть Густав и не рассчитывает на что-то большее: он не питает к Рейчел глубоких чувств, скорее, как Кате — отцовские. Он уже привык к своей полигамности, и не надеется встретить кого-то на долго.
Но Густава всё ещё смущали чувства девушки — она пять лет хотела трахнуть Александра, и уже два раза трахнула его (пусть он сам предложил). Он не против переспать, но Густав надеется, что девушка не будет строить ложных надежд.
Густав хотел сказать ей об этом сейчас, но решил, что это не подходящая ситуация. Сейчас ей надо выплакаться и поспать.
Когда она более менее успокоилась, Густав отодвинул её от себя и взглянул на её заплаканное лицо, с размазанной тушью
— Поедем ко мне. Будешь жить у меня.
Девушка посмотрела ему в глаза с удивлением. Она никак не ожидала этих слов
— Что… но как…
Густав шикнул. Положив руку на её плечо, он повёл девушку в машину, посадив её на заднее сидение. Нагнувшись, он сказал
— Поспи. Обсудим всё, когда приедем. — он закрыл дверь. Рейчел в непонимании сидела сзади, пока Густав садился в машину. Ей было неловко ночевать у мужчины… жить, даже, как он сказал. Она ведь будет только мешать…
После коротких размышлений ей и правда захотелось спать. Девушка легла, устало зевнув, и прикрыла глазки. Она уснула спустя пару минут, а Густав старался не сильно колыхать машину. Достав сигарету из кармана, он снова закурил, задумчиво смотря на дорогу.
По приезду домой Густав отправился делать ужин, чтобы Рейчел поела. Сама девушка отправилась в душ. Мужчина был удивлен тем, что другой одежды у девушки не было. Даже денег у неё не было… ей было недостаточно того, что давали в организации. Это она тратила на еду и косметику.
Когда девушка вышла из душа, Густав уже сделал ужин. Рейчел напала на свою тарелку с едой, жадно кушая. Мужчина не думал, что она так голодна…
— Приятного аппетита. — он тоже принялся за ужин. Девушка более менее успокоилась и ела в спокойном темпе, задумчиво вглядываясь в стол.
Ближе к ночи Густав предложил девушке спать вместе с ней, чтобы никого не селить на диван. Рейчел согласилась, была даже очень рада. Только вот мужчина не имел ввиду никаких намёков, а Рейчел поняла не так. Она пыталась заигрывать с Густавом, лезла ему в трусы рукой. Он ругался на неё и запрещал трогать его. Девушка не знала конца, и желала добиться своего.
Через пару дней Густав уже пожалел, что взял девушку к себе. Она была неконтролируемой, грубой и невоспитанной. Её было невозможно перевоспитать, научить, направить. Она не убиралась за собой, от девушки были только убытки. Не в финансовом плане…
Она вовсе не хотела убираться. Лишь капризничала и требовала. Густав не знал, что с ней делать. Её нельзя выгнать из дома, ей некуда идти. Говорить с ней бесполезно — начинает ныть и плакаться. А когда прижимаешь её к стенке, то девушка возбуждается от его разъярённого вида.
Мужчина был в тупике. Он понял, что только сделал себе хуже, когда взял её к себе под крыло. Он уже не сможет отвязаться от неё, даже если выгонит из дома. Она так и сказала, что не оставит его. «Слишком понравился»… И что это, блять, значит?
Ей богу, с Катенькой было проще…
20 сентября, 2022
Уже пару дней мужчина и девочка пробовали ролевую. Сначала потихоньку, только пробуя. Катя волновалась, особенно когда ей приходилось надевать платья. Она теперь была в них постоянно, совсем забыв о своей повседневной одежде…
Ей было бы гораздо труднее, если-бы она не стеснялась. Малышка смущается, отводит глаза и боится что-то сказать, поэтому она не хамит и не ведёт себя грубо. Из-за этого её попка в порядке.
Александр был рад, что Катя начала слушаться его. Она выполняет любые его приказания, садится ему на коленки и даже спит с ним. В обычном смысле…
Мужчина старался баловать девочку, чтобы она чаще улыбалась. Это у него получалось хорошо, и теперь она выглядела более счастливой. За хорошее поведение он начал покупать ей что-то сладкое, чему девочка была рада. А вечерами, когда ей было грустно, садил вновь на себя и рассказывал что-то, читал ей её любимые книжки. Начало было хорошим, обоих оно устраивало.
Также каждый день, сидя вместе, они повторяли правила. По очереди. Сначала Катя, потом Александр. Таким образом они смогли запомнить, что можно делать, а что нельзя. Для Кати всё звучало просто, и она не волновалась о наказании. Но вот Александру дастся тяжело — ему нельзя делать то, что не хочет девочка, а значит, будут проблемки. Ему казалось, что она много капризничает, особенно в хорошем настроении.
Когда Катя более менее привыкла к новой жизни, она начала более открыто разговаривать и теснее обнимать Александра. Не боялась прижаться губами в щечкам, шее, или рукам. Вжималась в него, тёрлась о его плечо щекой. Катя понимала, что это значит: что она начинает терять контроль над собой. Когда-нибудь дело дойдёт до серьёзного, если она не остановится… она также заметила, что и Александр стал распускать руки: гладил её бёдра, забираясь под платье, проводил пальцами по её щеке, к губам… смотрел на неё с желанием. Это смущало её больше всего. Ей постоянно казалось, что в один момент он не сдержится. Но Папочка был суров с собой, и не позволял себе лишних касаний. Пока она не разрешит, он пальцем её не тронет. Пока-что девочка спокойно реагировала на его поглаживания, и так он щупал почву дозволенного.
Несмотря на свою внимательность, Александр не видел никаких признаков того, что девочка его хочет. Ему казалось, что она просто пытается получить внимание и заботу, которую ей никогда недоставало.
Но за этим скрывалось желание, чего он не знал. Катя хорошо это скрыла. И никогда старалась не показывать.
В один момент Кате надоело терпеть, ей было запрещено даже трогать себя. За это Александр бы отшлёпал её…
После осознания этого она замерла в удивлении.
— Это может сработать…
Катя почувствовала сильное волнение. Она воодушевилась этой идеей: девочка может получить удовольствие от порки, не занимаясь сексом. Так она сможет сдержать своё желание… надо просто немного пошалить на камеру.
Катя жутко волновалась. Она должна была выглядеть естественно, чтобы мужчина не подумал, что она специально его дразнит. Это должно выглядеть так, как будто она попалась.
Катя старалась придумать место, где есть камеры, но она могла бы об этом не догадываться…
— Ванна?
Катя решила проверить. Когда в следующий раз она отправилась мыться, девушка аккуратно оглядела помещение. Она так и думала: камера есть прямо в душе… значит, он видел её голой всё это время?! Девочке стало жутко от этой мысли… всё-таки, он мог на неё надрачивать? Впрочем, чего ей, если у него видео и фотографий хоть удрочись…
Устроившись в ванной, малышка сначала ненавязчиво мылась, поливая себя водой, а потом предалась сладким фантазиям. Она выпустила наружу свои желания, и отдалась им.
Сначала девочка просто трогала себя: грудь, между ног, а после начала уже потихоньку ласкать свою норку.
Девочка встала на коленки, лицом к ванне, чтобы Папочка всё видел. Она жутко стыдилась, представляя, что он наблюдает, но от этого ей хотелось только продолжать.
Александра дома не было, так что девочка могла стонать не стесняясь. Приподнимаясь, она ускоряла пальцы и закатывая глазки охала от ощущений… жаль, игрушки далеко. Она бы сейчас позабавилась с ними…
Потом девочка легла на спину и раздвинула ноги. Она вошла в себя пальцами, продолжая ускоренно двигать ими. Она довольно быстро кончила. Это было очень приятно, чувственно, но девочке было почему-то неприятно после этого, внутри. Катя вспомнила, что у неё были раны в матке, после садистских пыток. Малышка поднялась, боясь, что она могла что-нибудь повредить… киска немного ныла.