— Иди сюда. — он лежал на диване спиной, и потянув девочку к себе, посадил её прямо на себя. Катя уселась на мужчину, руки расположив на его груди. Она покраснела, оглядывая его лицо. Оно смягчилось, и это её расслабило. Слёзы отступили.
Мужчина положил руки на её бёдра, заводя пальцы под платье и гладил девочку. Ему было приятно ощущать, как её слабый вес давит на его промежность.
— Ты что, хотела бы, чтобы я был твоего возраста? — поинтересовался мужчина, поднимая на её лицо глаза. Она сразу же отрицательно покачала головой, и тогда Александр спросил объяснения её вопроса. Он правда не понимал, в чём проблема.
Катя не знала, как ответить ему… она просто задала вопрос. А теперь должна объясняться…
— Ну… просто это ненормально для других. Это считают плохим. Просто интересно было, что ты думаешь… — девочка не могла смотреть на его лицо. Она чесала свои руки, стараясь даже не касаться его руками. Мужчина внезапно поднялся, и посмотрел в её глаза, опять с какой-то угрозой.
— И что, хочешь прекратить всё из-за моральных установок?
Катя слабо отодвинулась, чувствуя, как больше краснеет. Она какое то время смотрела на его лицо, пока он говорил, а потом смущённо отвела глаза
— Н-нет… я просто сказала… — девочка не знала, куда себя деть. Хотелось слезть с мужчины. Но он не позволил бы ей.
— Зачем ты говоришь о неправильности наших отношений человеку, который убивал людей и расчленял их? — он нахмурился. Слова девушки были очень глупы для него. Он был возмущён, что она вообще думала об этом. Как будто она хочет прекратить их отношения…
— Извини… — только и смогла выдать девочка, проигнорировав его слова про «расчленение». Она впервые слышала об этом…
Александр сказал, припоминая ей
— «Извини, Папочка.» — он строго смотрел на неё. Кате казалось, что она сейчас провалиться от стыда. Она повторила его слова, уже начиная подрагивать на нём.
Мужчина поцеловал девушку в лоб, прижимая к себе и снова ложась на спину. Его голос был уже спокойный и добрый, как будто этого разговора не было
— Умница. Можешь ведь быть хорошей. Не изменяй этому.
Катя лежала неподвижно, слабо дыша. Ей было неловко после этого разговора… малышка чувствовала себя идиоткой. И не знала, как избавиться от этого чувства. Она просто лежала на нём, не двигаясь, пока мужчина что-то делал в телефоне. Иногда, увлекшись экраном, он гладил её волосы или трогал девочку под платьем, в районе попки. Она слабо вздрагивала и вжималась в него, надавливая на его промежность. Мужчина выдыхал на этих моментах, желая, чтобы она делала это снова.
Отложив телефон, Александр задействовал уже две руки. Он положил их на её ягодицы, сжимая и массируя их. Он слышал, как малышка тихо выдыхает, вжимается и едва слышно мычит. Кажется, ей тоже это нравится.
В один момент девочка подняла голову, к его лицу, чтобы взглянуть на него. Он встретился с ней глазами.
— Можно тебя поцеловать, Папочка? — спросила девочка, смотря на его губы. На её удивление, мужчина отказал ей в просьбе.
— Нет. — он улыбнулся, видя, как её взгляд стал расстроенным. Она снова положила на него голову, чувствуя, как он продолжает жмакать её бёдра и попку.
Затем он начал шлёпать её.
— Ах! — Катя вздрогнула. Он ударил сильно, и у неё начало жечь.
Услышав смех мужчины, она возмутилась, поднявшись на нём
— Нельзя так делать! — сказала она злобно. Александр вскинул брови
— Неужели? — он ударил снова, чувствуя над ней превосходство. Катя ухватилась за его руку, сдерживая её
— Ай! Это не по правилам! Так нельзя бить, если я не наказана! — Катя попыталась слезть с него, но он крепко удерживал девушку за бёдра.
— Значит, теперь ты наказана. — ответил мужчина, изо всех сил сжимая её попку. Катя вскрикнула, двинув на нём тазом и вжавшись в Папочку.
— За что?! — у неё заслезились глаза. Кате было больно, и обидно от поведения Александра.
— За глупые вопросы. — строго сказал мужчина, продолжая её пытать. Катя ничего не могла ответить ему, ведь это вполне справедливо… ей повезло, что он сразу не посчитал это наказанием. Может, в другие разы также повезёт…
Катя ещё десять минут мучалась с руками Александра. Ей стало уже больно, и она пыталась слезть, но получала только сильные шлепки. Её пугало то, что в глазах Александра она видела удовольствие. Ему нравилось происходящее. И чем больнее ей было, тем больше он улыбался.
Катя всерьёз испугалась за это. Она должна, наверное, сказать об этом
— Папочка… — с жалостью сказала девочка, привлекая его внимание. Александр лениво отвлёкся от её трусов, которые хотел начать с неё стягивать, и поднял на неё взгляд
— Ты перебарщиваешь… мне больно… — она утёрла глаза. Увидев, что она говорит серьёзно, Александр почувствовал укол совести. Расслабив свои пальцы, он снял с себя девочку и посадил на диван, перед собой. Катя сразу же отодвинулась от него, трогая себя за попец, который очень болел.
— Прости. Я увлёкся. — Александр придвинулся к ней, кладя руку на её плечо и прижимая к себе. Малышка отстранялась, но не сильно, чтобы не злить его этим. Катя не смотрела на него, не желая находиться рядом с ним.
— Если болит, могу сходить за мазью. — предложил мужчина с заботой в голосе, кладя свою ладонь поверх её. Малышка сразу отдёрнула руку
— Нет… пройдёт… — она поднялась с дивана, больше ничего не сказав, и ушла в свою комнату. Она была очень расстроена произошедшим. Было видно, что Александр не сдержался, и сделал ей больно из собственного желания… и сколько раз это ещё повториться? Как зайдёт слишком далеко? Ей стало очень напряжно. Этого она и боялась, не хотя открываться ему.
Александр устало выдохнул, потирая лицо ладонью. Он был виноват, и осознавал это. Ещё хуже становилось от того, что ему нравилась гримаса боли на лице Кати. В какой то момент нравилась. А потом он понял, после её замечания, что снова делает ей больно. Александр испугался своему поведению. Он не должен так делать. Мужчина позволил себе слишком много.
Александр принялся думать, как выпросить у Кати прощения. Она наверняка расстроена и напугана его поведением. Мужчина не хотел, чтобы девочка считала его угрозой. Ему надо тщательнее следить за своими действиями и желаниями.
Взяв это на заметку, Александр уехал из дома, в город, чтобы Катя побыла одна какое то время.
Только ближе к вечеру девушка вернулась домой. Весь день она каталась по городу, размышляла и посещала бары. К ней даже кто-то пытался подкатить, какой то парень, посчитавший, что с ней можно переспать. Рейчел грубо поставила его на место, покинув заведение.
Сейчас Рейчел думала только о том, что хочет отдохнуть после прогулки. Мысли уже немного проветрились, и от злости не осталось и следа. Лишь легкая пелена грусти.
Как и ожидалось, у дверей её встретил Густав. Она удивилась, когда мужчина быстро подошёл к ней и обнял, прижимая к себе изо всех сил. Девушке стало даже как-то приятно от его крепких объятий… она обняла Густава в ответ, закрывая глаза. Напряжение в теле постепенно ушло.
— Рейчел… — с каким то укором сказал мужчина, отодвигаясь. В его глазах была видна жалость и лёгкое недовольство. Ей не хотелось выяснять отношения прямо сейчас…
— Я не хочу говорить. — она обошла Густава, устало направившись в комнату. Мужчина смотрел на неё, но явно не закончил разговор. Коротко оглядев её, он был рад, что на ней не было крови. Он уже беспокоился, что девушка пошла убивать…
Догнав её, Густав схватил девушку за локоть, слабо, и развернул к себе. Она хмуро посмотрела на мужчину, теряя терпение от его навязчивости.
Неожиданно Густав поцеловал её в губы. Девушка опешила от такого, и даже не смогла успеть ответить ему или как-то отреагировать. Упираясь руками в его грудь, она почему то не стала его отталкивать, просто желая объяснений.
Мужчина держал её за шею, пока целовал. Он старался вложить в этот поцелуй всю нежность и заботу, которую хотел дать ей.