«Чтоб его кастрировали тупыми ножницами» - пожелала своему бывшему.
Однако эмоции не самые лучшие помощники, и я постаралась успокоиться и взять себя в руки.
«И что теперь делать?» - пришла здравая мысль, когда весь мой словарный запас самых изощренных ругательств и выражений, которыми мысленно я наградила Стаса, закончился.
«А ничего ты сейчас не сможешь...» - тяжело вздохнув, ответил внутренний голос.
Мы вышли из магазинчика и направились к припаркованной возле остановки автомобилю.
Осознав, что меня похищают средь бела дня, я предприняла последнюю отчаянную попытку вырваться. Даже закричала, но мой крик не вызвал должного эффекта.
Прохожие лишь проводили меня любопытными взглядами, но не более того. Никто не бросился мне на помощь. Всем было наплевать.
А еще я поняла, что забыла свои балетки возле кассы...
- А ну заткнулась, сука! - рявкнул Стас, грубо запихивая мое тело в салон автомобиля. - Не то лезвием так разрисую тебе личико, что ни один хирург не заштопает.
И тут мой боевой настрой иссяк, как и желание сопротивляться. Возникло чувство обреченности.
Сев на заднее сидение и поджав под себя ноги, я буквально вжалась в обивку салона, желая в нем полностью раствориться.
Едва Стас сел в машину, она отъехала. Кроме водителя, в салоне больше никого не было.
- Номер своего хахаля, живо! - стал командовать Стас, повернувшись ко мне на заднем сидении.
Парализованная нахлынувшим страхом, я не стазу поняла, что он от меня хочет. Все происходящее воспринималось мной с трудом. Даже голос Стаса, хоть он и сидел возле меня, я услышала не сразу. Но мое молчание было не верно истолковано и в следующую секунду звонкий звук пощечины раздался в тишине салона.
Кожу лица словно опалило огнем, а на губе казалось лопнула кожа. В следующее мгновение Стас приставил острое лезвие ножа к моему лицу. А затем стал водить по коже, слегка надавливая и меняя углы соприкосновения, грозя в любой момент совершить порез.
В ужасе от происходящего застыла каменным изваянием. Я старалась не дышать, потому что боялась, что из-за него могу случайно порезаться. Сердце тоже сбилось с ритма, замерев на несколько секунд.
- Ответ неправильный, - заявил Стас. - Еще раз спрашиваю, какой его номер?
Однако я молчала. Но не потому, что не хотела выдавать номер Кости. Увы, я оказалась еще большей трусихой, чем думала. От ужаса ситуации, полностью поддавшись страху и отчаянью, я просто не могла ничего сказать, так как горло перехватил сильный спазм.
- Выбирай, - заявил Стас, по-своему расценив мое молчание, - или ты делаешь звонок хахалю и остаешься живой, возможно, даже целой. Это уж как повезет. Или я все равно найду его найду, но тогда он будет получать тебя кусочками по почте!
Мало того, что мне грозили уродством на всю жизнь, так теперь меня пугали расчленением. Нервы мои были не железные, и я тихонько заплакала, с опаской взирая на лезвие ножа.
- Ну, так что ты решила, куколка? - просил Стас, убирая нож и доставая мобильный.
«Тварь!» - мысленно обругала сидящего рядом мужчину, осознавая всю безвыходность своей ситуации.
- Ну же! - прервал мои размышления Стас.
И я сдалась. Тяжело вздохнув, назвала номер Кости...
Дальнейшее помню смутно. Наверное, сказалось нервное, физическое и эмоциональное перенапряжение. Я словно выпала из реальности, хотя продолжала все видеть и слышать. Помню, Костя потребовал доказательства того, что я жива. Что он отказался следовать условиям Стаса, когда тот стал называть место встречи и выставил свои. Главное же требование: с моей головы не должно упасть ни единого волоска...
Пока меня везли на другой конец города, я бесцельно уставилась в окно и невольно задумалась над своим положением.
Неизвестность томила и пугала.
«Да за что мне все это? В чем я виновата? - причитала в своих мыслях, - Почему сейчас, когда полюбила, я не могу быть счастлива? Что теперь будет с Костей, со мной? С нами?».
Слезы, обжигая кожу лица, скатывались вниз...
Когда мы приехали на какой-то пустырь на окраине города, Костя уже ждал нас на месте. Один..
Стас вышел первым и грубо вытащил меня из машины.
«Мамочка!» - пискнула я, увидев, как он достает пистолет и приставляет его ко мне.
От этого по спине пробежал холодок, а я сама едва стояла; и без того, уставшие от бега ноги стали ватными.
«Будь сильной!» - требовал внутренний голос.
И я старалась такой быть. Ради себя, ради Кости. Ради нас...
- Тебя зовут Стас? - между тем сохраняя внешнее спокойствие, спросил Костя.
- Меня, - язвительным тоном произнес Стас, продолжая удерживать меня за руку, но направив пистолет на Костю.