Едва закрылась дверь, как нервы сдали и меня прорвало. Слишком сильные чувства и эмоции, слишком тяжело было их сдерживать…
Закрыв дело, мне возвратили сумочку со всем ее содержимым. Так телефон оказался в моих руках. Во мне проснулась надежда, что смогу дозвониться до Кости. Мои миниатюрные пальчики тут же набрали заветные цифры, ожидая услышать голос любимого мужчины.
Как, пусть даже на нервах, я могла забыть про номер любимого?! Отругав себя, замерла в надежде на чудо.
Но, чудеса бывают только в сказках.
«Абонент временно не доступен или находится вне зоны действия сети, попробуйте позвонить позднее», – вместо Кости прозвучал монотонный голос, лишенный каких бы то ни было чувств и эмоций.
Вот так я лишилась последней и единственной возможности связаться с любимым.
Пройти через весь этот кошмар и расстаться, даже не имея возможности хотя бы проститься – это было больно и жестоко.
«Как же так? – спрашивала себя. – Почему судьба вновь разлучает нас?»
Ответом мне было молчание…
Несмотря на горькие и обидные слова адвоката, я не верила, что Костя мне врал. Ну, не мог он так со мной поступить. Сколько раз в памяти прокручивала наши с ним разговоры! В его словах не было фальши. Разве что на некоторые вопросы он не спешил отвечать. Говорил потом, когда придет время, он все мне расскажет.
С другой стороны, эта недосказанность, эти постоянные умалчивания поселили в моем сознании червь сомнения. И от этого мысли, одна отчаяннее другой, рисовали картины нового предательства.
Сердце плакало горькими слезами, разрывая душу на части.
Я отказывалась верить в то, что для Кости была только лишь развлечением. Но сомнения… Они оставались.
Однако попреки им, верила, чувствовала, знала, что Костя любил меня по-настоящему. И игрушкой или мимолетным увлечением я для него не была.
Вот только боль от этого не становилась слабее.
Остаток дней в больнице пролетел незаметно, превратившись в нечто однообразное и монотонное.
Эмоции, разум и чувства вступили в противоборство друг с другом и выжгли меня изнутри, превратив в пустую оболочку. Словно кто-то взял и вырвал мою душу из тела. Хотя, почему «кто-то»? Я твердо знала, кто за всем этим стоял.
«Адвокат не стал бы действовать сам по себе. Его послал отец Кости. Именно он за этим всем стоял», – рассуждала я, когда на это еще были силы и желание.
Но, что толку от пустых рассуждений, если они не в состоянии ничего изменить? Пустая трата сил и нервов. Ни того, ни другого у меня уже не было…
К моменту выписки я вообще перестала обращать внимание на время. Оно больше ничего для меня не значило. Полное равнодушие и апатия завладели мной. Потеряв любимого, потеряла интерес ко всему. Ничего не хотелось: ни жить, ни умирать. Ничего. Просто еще дышала, просто еще стучало мое сердце.
Я напоминала погасшую свечу, у которой тоненькой струйкой сизого дыма еще курился тлеющий фитилек, готовый вот-вот погаснуть.
«Меня» больше не было. Я исчезла в тот самый миг, когда поняла, что Кости в моей жизни больше нет.
А без него… Без него я уже не могла.
Костя… При одной лишь мысли о нем сердце начинало щемить от тоски, горло сжимал спазм, и на глаза наворачивались горькие слезы. Но ни одно лекарство не способно было облегчить мое страдание. Таблетки, уколы – это все для тела. А болела душа. Вот только, где она моя душа, что вырвали так грубо и безжалостно?
Что тело без души? Так, пустая оболочка.
Выписка из больницы не принесла радости или облегчения. Она не вызвала никаких эмоций. Просто приняла ее как случившийся факт, не более того.
Домой добиралась, словно на автопилоте.
Придя домой, закрыла дверь и направилась в свою комнату. На стуле, возле кровати, к своему изумлению, увидела оставленную Костей рубашку, которую он не стал одевать. В тот роковой день на улице было достаточно тепло и Костя, одев ветровку прямо на майку с забавным рисунком, оставил рубашку дома.
Обессиленная упала на кровать, сгребла в охапку эту самую рубашку и прижала к себе, жадно вдыхая ее запахи. От нее все ещё веяло моим любимым мужчиной: запахом его тела и лёгким ароматом парфюма. Рядом со мной лежал симпатичный медвежонок, подаренный Костей в больнице на следующий день после происшествия на крыше.
Это все, что осталось у меня от любимого. От моего Кости.
«Нет, не все, – шепнул внутренний голос, – еще есть воспоминание о той ночи, страстной и нежной, что ты провела с ним…».
Закрыв глаза, невольно окунулось в это самое воспоминание, прожив и прочувствовав все, как наяву.